Материалы по истории астрономии

На правах рекламы:

Сотовый поликарбонат производство от производителя.

H. И. Невская Предисловие к «Зиджу Улугбека» (перевод XVIII в.) / Развитие методов астрономических исследований. Вып.8, Москва-Ленинград, 1979

H. И. Невская

Предисловие к «Зиджу Улугбека»


Астрономические таблицы или «зиджи» сыграли важную роль в развитии астрономических методов. Среди многочисленных зиджей, широко распространенных в странах Востока, особое значение сохраняет «Зидж Улугбека», составленный в XV в. на основании наблюдений Самаркандской обсерватории под руководством правителя Самарканда. Точность этих таблиц превосходила все, достигнутое ранее на Востоке и в Европе. Лишь в XVII в. Тихо Браге удалось добиться сравнимой с самаркандскими наблюдениями точности, а затем и превзойти ее. Неудивительно, что «Зидж Улугбека» постоянно привлекал к себе внимание астрономов, как на Востоке, так и в Европе.

В XVII в. в Англии были изданы три отрывка из этой работы (в латинском переводе) : календарная глава «Об эрах и эпохах», «Таблица долгот и широт главных городов» и «Звездный каталог», включавший 1018 звезд. Изучение «Зиджа Улугбека» продолжалось и в XVIII в. В результате работ, проведенных при Петербургской Академии наук под руководством Ж.Н. Делиля, был завершен грузинский перевод (отражавший содержание персидского оригинала лишь в общих чертах) и выполнен латинский перевод предисловия и оглавления всей работы (точно следовавший оригиналу). Грузинский перевод был сделан царем Грузии Вахтангом VI при участии его секретаря М. Кавкасидзе, сыновей (Бакара и Вахушти Багратиони) и Ж.Н. Делиля (в отношении таблиц и астрономической терминологии). Латинский перевод выполнил профессор Коллегии иностранных дел Г.Я. Кер (при участии Ж.Н. Делиля).

25 июня 1739 г. на заседании Академической конференции были доложены результаты проделанной работы. Показав экземпляр «Зиджа Улугбека», Делиль рассказал о развитии восточной астрономии, самом Улугбеке, а также об истории создания его обсерватории, таблиц и их дальнейшем изучении. Затем Кер произнес краткую вступительную речь и свой перевод. Текст речи Делиля, подготовленный к печати, сохранился в Ленинградском отделении Архива АН СССР и по этой рукописи был нами опубликован в 1974 г. [1]. Однако перевод Кера и демонстрировавшуюся Делилем рукопись «Зиджа Улугбека» до последнего времени найти не удавалось.

В 1975 г. благодаря любезному содействию профессора Эдинбургского университета Э.Г. Форбса был получен микрофильм «Астрономических таблиц Улугбека на персидском языке, с переводом» [2] из парижской части архива Ж.Н. Делиля. В них удалось обнаружить вступительную речь Кера и переписанный им персидский текст «Зиджа Улугбека» с частичным переводом его на латинский и французский языки. И, наконец, в декабре 1978 г. в Институте рукописей имени К.С. Кекелидзе АН Грузинской ССР в Тбилиси благодаря любезному содействию сотрудников института и Д.Л. Ватейшвили нам удалось получить персидскую рукопись «Зиджа Улугбека» (№ 621), некогда принадлежавшую Вахтангу VI. Как утверждала сохранившаяся на ней грузинская надпись, царь пользовался этой рукописью при ее переводе. Сравнение показало близкое совпадение тбилисской рукописи с парижской рукописью Кера.

По-видимому, именно эту рукопись Вахтанга и демонстрировал Делиль в Петербурге 25 июня 1739 г. Такое предположение подтверждается и свидетельством самого Делиля. В парижской части его архива Д.Л. Ватейшвили (по указанным нами шифрам) обнаружил запись, где упоминалось об «экземпляре рукописи астрономических таблиц Улугбека», который был Делилю «одолжен в Петербурге одним грузинским, князем» (вероятно, Вахушти Багратиони — H. H.) и который он «велел переписать г. Керу» [3].

Поскольку «Зидж Улугбека» никогда еще не издавался ни на одном из языков народов СССР, мы приводим ниже русский перевод предисловия, написанного самим Улугбеком, вместе с краткой вступительной речью Кера (перевод сделан нами с латинского языка и выверен по персидскому оригиналу, отдельные поправки Делиля и русского переводчика оговорены в комментариях).

Напомним, что перевод Кера был первым в России и одним из первых в Европе переводов, выполненных непосредственно с восточного оригинала. Бережно следуя тексту Улугбека, Кер довольно точно передал все богатство и эмоциональность его языка, насыщенного характерными для Востока образами, пословицами, поговорками и цитатами из Корана.

Излагая принятую в Самаркандской обсерватории и медресе Улугбека систему подбора и подготовки научных кадров, историю создания «Зиджа», описывая его составителей, предисловие очень ярко характеризует и личность самого Улугбека, властного и могущественного правителя, в то же время нежно преданного науке. Это тем более интересно, что такой образ не совпадает со сложившимся в настоящее время представлением об Улугбеке как о «человеке не от мира сего», всецело занятом лишь научными исследованиями.

В предисловии нашла отражение и вся сложность обстановки в Самарканде, где султан Улугбек, гонимый реакционным мусульманским духовенством, был вынужден ссылками на Коран доказывать свое право заниматься астрономией. Предчувствием близкой трагической гибели автора пронизаны заключительные строки предисловия, в которых Улугбек обращается к своим читателям из будущих поколений.

Перевод Г.Я. Кера не утратил значения и после издания в 1853 г. французского перевода «Зиджа Улугбека» [4], так как Л.А. Седийо имел в своем распоряжении неполный персидский текст, да и переводил его весьма вольно, допуская значительные искажения оригинала. Русский перевод снабжен необходимыми комментариями, вставленные при переводе слова—даны в квадратных скобках. Часть многочисленных примечаний и разъяснений Кера перенесена в комментарии, цитаты из Корана выверены и снабжены ссылками.

ЛИТЕРАТУРА

1. Н.И. Невская. Забытая статья Ж.Н. Делиля по восточной астрономии. «Вопросы истории астрономии». М., 1974, с. 94—123.

2. Библиотека Парижской обсерватории, папка с шифром: В 5 17, под названием: "Tables astronomiques d'Ulugbegh en persan, avec la traduction".

3. Там же, шифр А 7 10, папка под названием: "Astronomes", "Alphabet arabe-persan pour traduire Ulugbegh", N 23, p. 3.

4. L. A. Sédillot. Prolégomènes des Tables astronomiques d'Oloug Beg. Paris, 1853, t. II (traduction).

Русский перевод речи Г.Я. Кера:

Июня 25 д[ня] 1739 г. в Петербурге, на собрании Академии Георг Якоб Кер1, доктор философии и первый профессор восточных языков в Российской империи, произнес нижеследующую речь и латинский перевод предисловия Улугбека2.

Славный и благороднейший господин камергер, сиятельнейший президент3, и Вы, славнейшие мужи, ученейшие и завоевавшие широкую известность многими заслугами в разных науках, с вашего разрешения да будет мне позволено изложить некое небольшое исследование о заслугах и истории философии, математики и астрономии. Я покорно прошу вашей благосклонности ко мне и вашего драгоценного внимания.

Самые прославленные имена крупнейших владык и героев с похвалой упоминаются повсюду у знаменитых древних поэтов и историков философии, математики и астрономии, потому что в тех более спокойных краях и в эпоху юности мира встречались мудрейшие и могущественные владыки, которые с большей охотой предавались нравственному совершенствованию и философии, чем чрезмерной роскоши, тщеславию и жестокости. Они либо сами усердно занимались разработкой теории небесных тел,. а также их движений и влияний, либо особо настойчиво стремились культивировать их. Эти властители ценили науку гораздо больше, чем все остальные наслаждения и удобства, более низменные и презренные.

Итак, высшие властители оказывали честь высшей мудрости и добродетели! Тем более признавалась полезность упомянутой выше науки для сохранения порядка и счастья царства, в делах политики и других государственных делах. Вот почему достоинства носителей науки давно возвеличивались вплоть до царских4.

Разве не сказано ясно как день в божественных книгах5, что Моисей6, величайший вождь еврейского рода и пророк, по велению самого бога глубоко познал движение Солнца и Луны и в соответствии с движением обоих этих светил регламентировал распорядок всех общественных дел и религиозных церемоний?

Разве не известно, что знаменитый Трисмегист7, величайший философ у египтян, который первым из естествоиспытателей однажды обратился к размышлению о божественных делах, был, наконец, и величайшим среди египтян жрецом и царем, который превосходил всех предшествовавших философов — мудростью, всех жрецов — благочестием, и всех царей — умением управлять государством.

И даже после того, как фараон и все египетское войско утонули в Красном море8, царицы и их африканские рабы властвовали в Египте самым худшим образом. Философы, астрономы, математики и ученые жрецы взяли на себя управление Египтом, и ежегодно, в праздник нового года, на публичном собрании отчитывались в своем управлении. Это передается в египетской хронике, напечатанной по-турецки несколько лет назад в новой константинопольской типографии9.

Ни один из современных специалистов по истории восточных царств не сомневается в том, что астрономы, математики и философы уже давно пользовались исключительным авторитетом при дворе китайских императоров и персидских царей и великих монголо-индийских монархов.

Ну и что же? Ведь не только на Востоке, но также и на Западе императоры, а иногда и цари, да и в Римской республике Нума10, Юлий Цезарь11, Август12, Тиберий13, Флавий14, Валерий15, Марциан16 были известны и их даже прославляли там не только за добродетели, но и за то, что они сами с наивысшим усердием занимались изучением неба и оказывали поддержку и проявляли благосклонность к мужам, сведущим в этой науке, чтобы оставить республике своего времени и последующих времен правильно определенную величину года и более хорошо разработанную систему календаря.

Однако зачем разбрасываться? Лучше вернуться к странам Востока, так как именно из них распространились в Европу науки философии, математики и астрономии, сначала во времена Пифагора17 и других греческих философов, а затем после них — во времена арабов, которых обычно называют сарацинами и маврами18.

Откуда ясно как день, что страны Востока были родиной, а порой и почти раем для философов, астрономов и математиков. Ведь далеко не редко случалось, что из них выбирали царей, или по крайней мере, нередко выбирали царями тех из потомков царского рода, кто сам занимался математикой, астрономией и философией.

Итак, не удивительно, что сами цари и царицы этих стран заботились о науках. Доказательством того были мудрость этих царей или правителей восточных стран, которые появились после рождества христова19. Можно было бы добавить множество других восточных царей и героев. Однако теперь нам достаточно и Улугбека, предисловием которого мы сейчас займемся.

Образцом мудрости восточных царей является индо-скифский царь Улугбек, внук великого Тамерлана20, составивший предисловие к своим Астрономическим таблицам, которое впервые в переводе на латинский язык с персидского текста, насколько будет возможно21, представляет первый профессор восточных язы- . ков в Российской империи Георг Якоб Кер, саксонец, доктор философии. Петербург, май месяц 1739 года.

Персидское заглавие этой книги таково: «Зидж22 Улугбека ибн Шахруха ибн амира Тимура Гургана»23, — «Астрономические таблицы Улугбека, сына Шахруха, сына эмира Тимура Гургана»24.

КОММЕНТАРИИ

1 Георг Якоб Кер (1692—1740) — известный немецкий востоковед XVIII в. В 1732 г. был приглашен в Петербург переводчиком в Коллегию иностранных дел. Сотрудничал с Ж.Н. Делилем и другими членами Петербургской Академии наук.

2. Латинский текст речи см.: Архив библиотеки Парижской обсерватории, шифр В 5, 17, лл. 1—3.

3. Речь идет об Иоганне Альбрехте Корфе (1697—1766) — президенте Петербургской Академии наук в 1734—1740 гг. Кроме Корфа, на заседании присутствовали: математики Л. Эйлер (1707—1783), X. Гольбах (1690—1764), Ф. Агула (ум. 1782); физик Г.В. Крафт (1701—-1754) ; астрономы Г. Гейнзиус (1709—1769) и X. И. Винсгейм (1694—1751); географ и историк П.Л. Деруа (1699—1774), анатом И. X. Вильде, ботаник И. Амман (1707—1741), филолог Я. Штелин (1709—1785), правовед Ф.Г. Штрубе де Пирмонт и химик X. Э. Геллерт (1711—1795).

4. Явное преувеличение, вполне соответствовавшее парадному стилю, высокопарной, речи Кера, построенной по правилам риторики и предназначенное для демонстрации его эрудиции и начитанности.

5. Имеется в виду Библия и Коран.

6. Моисей — легендарный древнееврейский пророк, которому приписывается авторство наиболее старой части Библии — Ветхого завета. Его составление современные исследователи относят к XIII в. до н: э. Легенды приписывают Моисею совершение различных чудес, изложение которых и приводит Кер, некритически рассматривая их как подлинно исторические события.

7. Гермес Трисмегист — «Гермес трижды величайший» — древнее аккадское божество, позднее причисленное к олимпийским богам. В эллинистическую эпоху Гермес Трисмегист был отождествлен с египетским богом мудрости Тотом. Считался покровителем магии, основателем алхимии. Некритически восприняв сообщения «хроник», Кер счел это божество реальным историческим лицом.

8. Кер пересказывает одно из «чудес» Моисея. См.: Библия. Книга исхода, гл. 1, стих 21; Коран, сура 10, стих 90.

9. Первая типография в Стамбуле (так стал называться Константинополь после взятия его турками в 1453 г.) открылась в 1727 г. Ее основал Ибрагим ага Мютеферрика (1674—1744), выходец из бедной венгерской семьи, в детстве попавший в плен к туркам и принявший мусульманство. Первыми изданными им книгами были описания путешествий Мустафы ибн Абдаллаха Катиба Челеби, более известного по прозвищу Хаджжи Халифа (1609—1657) и Эвлийа Челеби (1611—1679). Эти сочинения содержали много фантастических элементов, некритически воспринятых Кером как реальные события.

10. Нума Помпилий — легендарный царь Древнего Рима конца 8 — начала 7 в. до н. э. Ему приписывалось учреждение коллегий жрецов и ремесленников, а также реформа календаря — вместо 10 месяцев он якобы ввел 12;

11. Юлий Цезарь (100—44 г. до н. э.) — римский государственный деятель и полководец. При нем в 46 г. до н. э. был введен календарь, получивший название юлианского. В честь Юлия Цезаря 7-ой месяц римского календаря был переименован в июль.

12. Август Октавиан (63 г. до н. э. — 14 г. н. э.) — римский император, родственник Юлия Цезаря. При Августе была исправлена допущенная ранее ошибка при добавлении дней в високосные годы. В честь Августа 8-ой месяц римского календаря был переименован в август.

13. Тиберий Клавдий Нерон (42 г. до н. э. — 37 г. н. э.) — римский император, безуспешно пытавшийся переименовать в свою честь один из месяцев.

14. Гней Флавий (IV в. до н. э.) — должностное лицо (курульный эдил) в Древнем Риме. В 304 г. до н. э. обнародовал древнеримский календарь, выставив доску с календарем на форуме. Был секретарем цензора 312 г. до н. э. Аппия Клавдия, прозванного Цеком, то-есть «слепым» — строителя первого римского водопровода и первой большой мощеной дороги — «аппиевой дороги».

15. Валерий Максим — древнеримский историк, автор посвященного Тибе-рию13 сочинения: «Девять книг замечательных деяний и изречений», изданного около 30 г. н. э.

16. Марциан Капелла — древнеримский писатель 5 в. н. э. Автор популярной в Средние века энциклопедии, содержавшей сведения по астрономии, математике и о календарях.

17. Пифагор (ок. 590—500 г. до н. э.) — выдающийся древнегреческий математик, астроном и философ. Основатель философско-религиозной школы.

18. «Сарацин» — от арабского «шаркийун» — «житель Востока». Античное название жителей Западной и Южной Аравии, позднее перенесенное и на всех арабов, а затем и мусульман вообще. Устаревший термин. «Мавр» — от арабского «маурун» — «перемещение», «движение». «Ал-марун» — так называли арабы кочевое племя, жившее в Сахаре и состоявшее из метисов берберов и негров с арабами. Как правило, это были чернокожие люди. Мавры—устаревшее античное название жителей Мавритании и Африки, перенесенное впоследствии на всех арабов, а затем и мусульман вообще.

19. «После рождества Христова» — то-есть в годы нашей эры. Счет лет «от рождества Христова» или «от нашей эры» условно введен римским монахом Дионисием Малым в 525 г. н. э.

20. Тимур Амир Гурган (1336—1405) — знаменитый полководец, среднеазиатский государственный деятель, основатель династии Тимуридов, прозванный «Тимур-ленг» — «Тимур-хромец» (в европейской транскрипции «Тамерлан»). Дед Улугбека. Здесь Кер сделал следующее примечание к тексту: «Улугбек родился за 11 лет до смерти Тамерлана (смотри «Историю Тимур-беха», стр. 302,«в середине»),

21. Кер сделал здесь следующее примечание: «Три таких фазы из этого предисловия, извлеченные Томасом Хайдом, были включены им в предисловие к «Таблицам широт и долгот неподвижных звезд, составленным Улугбе-ком», т. 2, 6а, 7, 8». Имеется в виду, вероятно, следующая публикация:

...Tabulae Long, ас Lat. Stellarum Fixarum, ex Observations Ulugh Beigi, Tamerlanis Magni Nepotis, Regionum ultra citraque Gijhun (i. Oxum). Principle potentissimi. Ex tribus invicem collatis mss. Persicis jam primum Luce acs Latio donavit, et Commentariis illustravit, Thoma Hyde..., Oxonii..., 1665.

22. К этому слову Кер сделал следующее примечание: «Замечание: «sidsch» — по-арабски «зидж», также и по-персияеки почти как пишут, так и говорят — «sig», то-есть «астрономические таблицы».

23. Примечание Кера: «Шах Бабур называет эти таблицы «Зидж Гургани», то-есть «Гурганские таблицы», см. «Ильханские таблицы» Насир-ад-Дина». Кер приводит также персидское название астрономических таблиц Улугбека, данное и в тексте ниже.

24. Об Улугбеке и его отце Шахрухе подробнее см. примечание 12 к тексту предисловия. Кер закончил свою речь большой ссылкой на 3 восточных издания «Зиджа Улугбека»: «Восточная библиотека» Хоттингера, Гейдельберг, 1658, ин-кварто, 250 страниц, следующее:

«III, № 8. — «Тес'хиль зидж Улугбек ли-с-Сейид Али», — «Сейнд Али составил краткое [облегченное], изложение „Астрономических таблиц", которое приписывали Улугбеку или моголам».

III, № 9. — «Тес'хиль Улугбек ли-Абд ар-Рахман ас-Салийхи аш-Ша-ми» — Абд ар-Рахман ас-Салийхи, дамаскинец, «Таблицы или объяснение к Таблицам Улугбека». Эту книгу светлейший Голиус получил в Константинополе.

III, № 13 — «Зидж Улугбек ма'а шарх Али Кушчи», — «Точнейшие астрономические таблицы Улугбека, внука Тамерлана, с комментариями Али Кушчи»".

Кер дает сведения об изданиях «Зидж Улугбека» на Востоке по книге известного швейцарского арабиста, работавшего в Германии И.Г. Хоттингера (1620—1667). Ж.Н. Делиль для справок предпочитал пользоваться французскими изданиями. Подробнее об упомянутых здесь ученых см. речь Ж.Н. Делиля [1].

Русский перевод предисловия к «Зиджу Улугбека»

Во имя бога милостивого, милосердного! А его мы молим о помощи! Да будет славен тот, кто утвердил на небе башни (то-есть 12 знаков Зодиака) и укрепил на нем светильник (то-есть Солнце), а также сияющую Луну. А это—тот, кто установил ночь и следующий за ней день для того, кто хочет вспомнить бога, так как ведь и (бог) предпочитает тех людей, которые особенно чтят его-благодеяния.1

(Ибо ведь он) — царь царей, светильник утра. А мы знаем, что [этот] весьма знойный и сверкающий светильник зажжен самой его мудростью. И — знак перемен. И [сказал бог:] «Мы спустили из облаков, дожди выжимающих, воду сильно и обильно изливающуюся». [Это] — высшее выражение его намерения и желания.2

Всемогущ тот, кто заметит мудрость (в движении звезд) и: по своему желанию построит орбиты (читай: законы) семи небес без помощи предела и числа, а также без прикосновения рук, но силой [одного лишь своего] могущества.3

Поднял (бог) небесный свод, водрузил его без [всякой] опоры. И соединил полосы листов небесной тверди, затейливо расшив их звездами. [И сказал бог:] «Подлинно мы украсили небо орнаментом звезд, по форме подобных жемчужинам, все звезды — в сияющей выси в разумной пропорции, [состоящие] из неподвижных и блуждающих звезд».4

[Все] — как надо. А после этого (бог) распростер Землю [как ковер с] поверхностью равнин и ложем, наделенным различными красками. [И все это лишь] по приказу «Да будет так!» И стало так. Он создал новые виды, а также искусные формы, блестящие и прекрасные.5

И [сказал бог:] «Из элементов (читай: частиц) материи, выбранной из сущности, порождающей человека, в соответствии с предписанными особенностями, мы уже создали человека по прекраснейшему плану». После сотворения [бог] стал им [человеком] руководить и привел его к высшей ступени почета. И [сказал бог:] «Вот мы и наделили почетом сынов Адама». [И] разрешил он [людям] распространяться [по Земле].6

И [все] — соответствующим образом. [И сказал бог:] «Мы направили [к людям] этих посланцев, одних замечательнее других».7 Возложил (бог) прекрасный покров превосходства на плечи повелителя посланников (то-есть Мухаммада),8 великолепные длинные рукава которого изукрашены жемчужной бахромой, уже после того создавались небесные сферы. И изъявив [таким образом] свою волю, (бог) создал (его, то-есть Мухаммада) сподвижников, подобных звездам, каждая из которых — самая яркая и движущаяся по наиболее правильному пути, а также его детей и родственников,9 друзей и любимцев, которые суть звезды на небе имамата [то-есть лучшие священнослужители],10 происходящие от солнца мира. Он создал халифат [то-есть систему наследования светской и духовной власти] и украшение имамата, особое и избранное. «О вы, которые уверовали! Хорошенько пекитесь о нем и будьте неослабно прилежны при: защите всяческого его благосостояния!»11

Так говорит ничтожнейший раб бога, который больше всех в нем нуждается и слезно молит его о помощи, — Улугбек, сын Шахруха, сына Тимура Гургана,12 — да пошлет ему всевышний бог счастья в делах и да благоприятствует ему добрая удача с божьей помощью!

[Это — тот], кто распределил свою жизнь (между разными делами и обстоятельствами) и из-за множества занятий, которые он принял на себя, заботясь о судьбах народов, создал совет мужей самых удачливых и имевших успех среди сынов Адама. [Это — тот], кто вынужденный необходимостью, нашел себе некого мужа, чье усердие летит на крыльях, а чья ученость настолько глубока и обширна, что превосходит все пределы и границы (возможного), и чья душа ненасытна в тщательных и осмотрительных поисках совершенных (то-есть вполне законченных) выводов, в сопоставлении предметов, а также в передаче разделов, достойных памяти.13 Притом мужа, который всегда находился поблизости — под рукой и на глазах, прикованный к дому л привязанный к своей комнате.14

Он [Улугбек] наставил его в обуздании своих замыслов и ненасытности в занятиях наукой, прилежных и искусных, и взнуздал его поводьями усердия — крепкого и изобильного, а отчасти и передал ему свою склонность к чтению, отысканию высшей и собственным умом добытой истины или науки наук, а также — склонность к наглядному представлению тонкостей или премудростей для достижения [высшей] мудрости. Вот так и действовал он до тех пор, пока благодаря богу помогающему и милостиво сострадающему, этот слабый и бедный человек не стал удачно и удовлетворительно соответствовать тому, что от него требовалось, (согласно этому арабскому изречению:) «Всякий, кто что-либо изучает и силы напрягает, своего добьется».15

[Так и я], наладив свое писчее перо, заметил, понял и проник (в суть дела).16 И перо, и чернила объяснили и раскрыли сосредоточенное размышление и дела, заслуживающие более строгого (убедительного, наглядного) рассмотрения, и трудные и темные для разума науки, а также тонкости разного рода и признак наук, относящихся к философии, на который не оказывают влияния (читай: не действуют) ни возникновение, гибель и перемещение народов, ни их приверженность к разным религиям и различным обычаям, ни различие языков и наречий, число которых даже в безмятежные (то-есть спокойные) времена — неизмеримо и изменчиво.17

. А также — благодаря совершенной щедрости величайшего создателя, чье имя прославлено, [дарующего] из своей сокровищницы. И подлинно, [сказал бог:] «Ничего не бывает, кроме как от нас, из [нашей] сокровищницы»,18 а ее открыл бог и благодаря своему прославленному могуществу. Его слабому и бедному рабу таким образом дарован великолепнейший дар и [оказана] наивысшая честь, особая и выдающаяся.19

[Бог] пожелал поддержать этот (арабский) стих: «Следы наши нас обнаруживают».20 Смотрите поэтому после нас на следы [наши] (читай: слова и дела)! Да украсят они [риторическими] фигурами прекраснейшее описание всех удивительных дел!21

А также —благодаря тому, что [бог] вознес знамя славы и известности над вершиной выпуклого свода небесной сферы. Он предписал [вести] лучшие наблюдения звезд.22

И благодаря помощи, а также благосклонности славного учителя,23 на которого каждый может положиться, ученейшего из ученейших, идущего путями надежной истинности под знаменем [всего] прекрасного и мудрого, искусно выбирающего ясные направления точности, (понятно, — повторяю, — что благодаря помощи, а также благосклонности) господина нашего Салах ал-Миллах вад-Дина, известного под именем Кази-заде Руми,24 — да помилует его бог и да простит ему грехи его!

[А также благодаря помощи и благосклонности] замечательного господина нашего, больше всех прославившегося среди мудрецов этого мира, составившего полное изложение наук древних, устранившего трудности вопросов Гийяс ал-Миллах вад-Дина Джемшида,25 — да освежит бог ложе его (читай: место его упокоения)! Того, кто зажег огонь единодушия в душах ученых мужей и своих сотоварищей. Зачем? Да потому, что он распространял наивысшую мудрость подобно зеркалу, отражающему мир. Во взаимном согласии было положено начало (этого труда).

А в начале работы умер наш благороднейший господин Гийяс ад-Дин Джемшид, — да будет земля ему пухом! «Откликайтесь рабы на зов бога, призывающего вас! Услышавшему и откликнувшемуся он обещал встречу».26 Из этого мира — пристанища обманов, он переселился в рай — пристанище радостей. Ив разгар работы они [Улугбек и его сотрудники] переживали торжественный и важный момент [смерти Джемшида], прежде, чем

завершили это дело. Закончились бедствия наставника моего, — благодарение богу, — и соединился он [с богом] с соизволения нашего общего милосердного хранителя.27

После того, наконец, было получено согласие [завершить труд от] достойного сына Али ибн Мухаммада Кушчи,28 который с самого начала жизни и с ранней юности так изысканно владел пером в этой обширной области наук, что на него возлагались большие и верные надежды— надежды на то, что добрая слава о его достойных деяниях в ближайшее время и даже очень скоро разольется и распространится до самых отдаленных концов и окраин мира.

По воле величайшего бога и благодаря божьей помощи и милостивой благосклонности, а также благодаря бесконечному богатству и изобилию доброты бога, пришел этот торжественный и великий момент завершения труда, содержащего множество предметов, достойных [высокой] оценки и сложных.

А труд, который выполнен на основе знания о движении звезд из вычислительной астрономии29 и на основе опыта, излагается в этой книге определенно и достоверно. Состоит она из четырех разделов.30

Просящий (то-есть автор этого труда — Улугбек) обращается к тем [читателям], кто от природы одарен добрыми качествами и редкими талантами, а также к тем из вновь родившихся поколений, над кем властвуют разум и высшая мудрость, или же к тем, кто получил хотя бы самые малые познания. Пусть те, кто способен исправить какую-нибудь описку и погрешность, — да исправят ее! Ведь это человеческое свойство [ошибаться] неизбежно приведет к тому, что и в нашем учении, мускус источающем, и в нашем пере, жемчужины рассыпающем, обнаружится какая-нибудь погрешность.

То, что выйдет за пределы улучшения (читай: исправления) и приглаживания (то-есть все, что будет неисправно), — пусть ошибку такого рода [всякий] честный и благочестивый муж, носящий покров или плащ прощения, обойдет молчанием и простит, а не разгласит коварно и вероломно. И пусть он скорет (читай: сохранит в тайне) недостатки, и не откроет [нашу] вину (читай: то, что портит, недостатки) как множество самих дел, выписанных с разными красотами и блеском и затканными бахромой, [помня] (этот арабский текст из ал-Корана:), «Те, кто слыша молву, воспринимают из нее лучшее, — те наделены благоразумием и их прославляют избранные».31 Итак, пусть каждый простит и исправит! Да вознаградит его за это бог!

КОММЕНТАРИИ

1 В этом абзаце цитированы 2 стиха Корана: сура 25, стихи 62, 63. См.: «Коран» Русский перевод и комментарии И.Ю. Крачковского. Изд. Восточной литературы. М., (ниже — «Коран»), с. 288. В круглых скобках текста предисловия здесь и ниже — примечания Г.Я. Кера.

2 В этом абзаце цитированы 3 стиха Корана: сура 1, стих 1 («Коран», с. 474).

3 Цитирована сура 24, стих 44 («Коран», с. 281).

4 Цитированы 2 стиха: сура 13, стих 2 («Коран», с. 194) и сура 37, стих 6-(«Коран», с. 353).

5 Цитированы 2 стиха: сура 79, стих 30 («Коран», с. 476) и сура 2, стих 111 («Коран», с. 27).

6 Цитированы 2 стиха: сура 95, стих 4 («Коран», с. 491) и сура 17, стих 72 («Коран», с. 226). Интересно отметить, что первая цитата не является точной. В Коране говорится лишь о создании человека по лучшему плану. Что же касается материала, из которого был создан человек, Улугбек вступил здесь в прямое противоречие с Кораном, где утверждалось, что человек создан из глины: сура 6, стих 2 («Коран», с. 105), воды: сура 25, стих 56 («Коран», с. 288), праха, капли, крови и мяса: сура 22, стих 5 («Коран», с. 262). Таким образом Улугбек явно «подправил» Коран с позиций современной ему науки. В глазах религиозных мусульман XV в. это — признак безбожия, так как внесение малейших изменений в текст Корана считалось ужасным «грехом».

7 Цитирована сура 2, стих 254 («Коран», с. 44).

8 Мухаммад, устаревшее Магомет (ок. 570—632) — религиозный ^проповедник и политический деятель, основатель ислама. По мнению Л.А. Седийо, здесь использован мотив следующего хадиса (канонизированного сообщения о высказываниях и делах Мухаммада, включенного в сунну — священное предание мусульман):, «Если бы не было тебя, я не создавал бы и сферы небесные» (См. перевод «Зидж Улугбека» Л.А. Седийо [4], с. 3).

9 Латинское слово «affines» означает буквально «родственники со стороны жены». Г.Я. Кер в своем примечании аккуратно перечислил всех таких родных. В русском переводе — опущено.

10 По мнению Л.А. Седийо, Улугбек использовал здесь другой хадис: «Мои спутники, — те из них, за которыми вы следуете, — как звезды» (См.. перевод Л.А. Седийо [4], с. 3). «Звезды имамата» — лучшие из священников. «Имам» по-арабски — «Стоящий впереди». Мусульманские первосвященники во время молитвы стояли впереди молящихся. Объясняя значение этого слова, Г.Я. Кер вставил длинное примечание о соответствующих имамам чинах в. современной ему Саксонии. В русском переводе опущено.

11 Как отмечено в тексте Улугбека, абзац заканчивается цитатой из Корана. Однако Г.Я. Кер при переписке рукописи пропустил два слова, а третье, стоявшее после них, ошибочно включил в цитату, что сделало текст неясным. Проведенное нами сравнение четырех рукописей «Зиджа Улугбека»: Кера; Вахтанга VI (№621) и № 191/153 из Института рукописей им. К.С. Кекелидзе АН Грузинской ССР; и № 118 из коллекции Н.В. Ханыкова (Отдел рукописей Государственной публичной библиотеки в Ленинграде) убедительно показало, что здесь цитирована заключительная часть 56 стиха 33 суры («Коран», с. 337).

Халифатом называлось основанное после смерти Мухаммада теократическое государство мусульман. Его глава — халиф — объединял в своих руках всю полноту светской и духовной власти. Первыми халифами были потомка Мухаммада. После взятия монголами Багдада в 1258 г. халифат прекратил свое существование. Светская и духовная власть в мусульманских государствах разделились. Дед и отец Улугбека, как и он сам, были лишь султанам». Как известно, религиозный фанатизм имамов, возглавлявших мусульманскую общину в государстве Улугбека, омрачал жизнь султана, мешая ему заниматься наукой. Возможно, что в таких условиях он оценил преимущества положения халифа, и мечтал о возрождении халифата. Не исключено, что Улугбек делал попытки воплотить эту идею в жизнь, чем и вызвал к себе лютую ненависть со стороны реакционного мусульманского духовенства, организовавшего убийстве султана-ученого и разгром основанной им обсерватории. Интересно отметить, что в 1517 г. (то-есть через 68 лет после смерти Улугбека) турецкие султаны, завоевав Египет, объявили себя халифами, присвоив себе и всю полноту духовной власти.

12 Здесь Г.Я. Кер сделал следующее примечание: «Полный титул Улугбека содержится в дополнении к [книге] Эдварда Покока «История восточных династий Абу-л-Фараджа», Оксфорд, 1663, ин-кварто, с. 55, № 4, в следующих выражениях: «Ал-Мелик ас-Сайд Мухаммад Улугбек, султан, сын Шахруха, сына Тимура. Он правил при жизни отца в Самарканде и районах Маверан-нахра или Междуречья, а после изгнания мирзы Ала ад-Давла, сына Байзен-кара, сына Шахруха, также и в Хорасане. Свергнут в 852 г. хиджры. Обезглавлен в 853 г.»". Сведения, почерпнутые Кером из книги английского востоковеда Э. Покока (1604—1691). 852—853 гг. хиджры соответствуют 1449 г. н. э. Общепринятое в настоящее время написание имени Улугбека: Мухаммад Тарагай Улугбек ибн Шахрух (1394—1449). Отец Улугбека Шахрух ибн Амир Тимур Гурган (1377—1447) — правитель Хорезма, любимый сын Тимура. Был образованным человеком, покровительствовал наукам и искусству.

13 Этот абзац в переводе Кера перегружен примечаниями и разъяснениями, сильно затрудняющими чтение оригинального текста. Они использованы при русском переводе, но в самом тексте оставлена лишь та их часть (в круглых скобках), которая совершенно необходима.

14 В этом абзаце Улугбек сформулировал требования, предъявляемые им к ученому, которого он взял себе в помощники. Вероятно, те же качества ценились и у тех, кто работал в медресе Улугбека и на Самаркандской обсерватории. Трудолюбие, образованность, жажда научной деятельности, память и усидчивость ценятся и сегодня. У Л.А. Седийо этот абзац отсутствует.

15 Весьма интересна улугбековская система подготовки научных кадров, вероятно, применявшаяся в медресе — своеобразной академии наук того времени и в Самаркандской обсерватории. У Л.А. Седийо этот абзац отсутствует. Завершает абзац арабская пословица, аналогичная следующей: «Кто ищет тот находит желанное или часть его» (см. сб.: «Пословицы и поговорки народов Востока». Изд. Восточной литературы. М., 1961, с. 60, стих 257)

16 Кер явно стилизовал слова Улугбека под изречение Юлия Цезаря «Пришел, увидел, победил».

17 Абзац перегружен примечаниями Кера, часть которых в русском переводе опущена. Оставленные — в круглых скобках, как и раньше.

18. Цитирована сура 15, стих 21 («Коран», с. 205).

19 Многозначительна попытка Улугбека оправдать свое право заниматься наукой ссылками на Коран. Оперируя понятной для своих противников аргументацией, он остроумно напоминал тем, кто ему мешал, что научный талант — тоже дар бога.

20 К этому стиху арабского поэта Кер сделал обширное примечание: «Эдвард Покок в дополнении к «Истории восточных династий», Оксфорд 1663, ин-кварто, стр.5, 6: «Мухаммад Улуг Бек, сын Шах Руха, сына Тимура! воздвиг своему имени не меньший памятник блестящей славы своими научными трудами, чем его дед Тимур — завоеваниями. Это — самые точные «Астрономические таблицы», составителем которых считается Улугбек, основанные на наблюдениях, стоивших ему огромных затрат и выполненных самым тщательным образом. Наблюдениями сначала руководил Гийяс ад-Дин Джемшид, затем, после его смерти, Кази-заде ар-Руми, а после него — Ала ад-Дин ал-Кущчи ас-Самарканди. Эта работа начинается с напоминания, чтобы обратили внимание на того поэта, который в предисловии указывал: «Следы наши показывают, каковы мы были. Итак, смотрите после нас на следы наши!». Улугбек был свергнут примерно в 58 г. [?! — H. Н.]. По приказу сына, поднявшего мятеж против отца, — убит в столице царства Самарканде в 853 г. хиджры».

21 См. 17.

22 Действительно, в Коране перечислены и строго регламентированы почти все астрономические наблюдения того времени. Понятно, что в борьбе с религиозными фанатиками, мешавшими ему заниматься наукой, Улугбек не мог упустить случая сослаться на столь авторитетный в глазах своих врагов источник. К словам «астрономические наблюдения» Кер сделал замечание: «то-есть вычислительная астрономия». В русском переводе опущено.

23 Улугбек использует здесь термин «мауляна».

24 Салах ад-Дин Муса ибн Мухаммад ибн Махмуд (1360—1437), — известный по прозвищу Кази-заде ар-Руми, то-есть сын Казн, румиец (так называли арабы выходцев из Анатолии). Кази-заде родился в г. Бруссе, на территории нынешней Турции. Учитель Улугбека и его ближайший сотрудник в обсерватории и медресе. Термин «миллах» — означает члена мусульманской религиозной общины. Кер сделал здесь следующее примечание. „Хотгингер в «Восточной библиотеке», с. 253, № 42, «Элементы астрономии» Кази-заде", со ссылкой на известную работу: J. Н. Hottinger. Bibliotheca Orientalis. Oxoniae, 1663.

25 Джамшид ибн Масуд ибн Махмуд Гийяс ад-Дин ал-Каши (ум. 1429) — уроженец Кашана (Иран), сотрудник обсерватории и медресе Улугбека в Самарканде. Наиболее крупный из среднеазиатских ученых того времени, «мауляна». Кер сделал здесь следующее примечание: „Хоттингер в «Восточной библиотеке», с. 251, 254, № 22: «Сюллем аш-Шемай ли-Джемшиди» — «Шкала небес [автора] Джемшида Гийяс ад-Дина»".

26 По мнению Л.А. Седийо, здесь цитирована 46 сура, 30 стих („Коран", с. 402). Однако нам такое отождествление кажется неточным. Аналогичные выражения — часты в Коране. Смотри, например, суру 8, стих 24 („Коран", с, 143); суру 42, стих 46 („Коран", с. 387) и т. п. Скорее всего, здесь цитирована сура 84, стих 6 («Коран», с. 482). Нельзя забывать, что Улугбек пользовался другим изданием Корана, чем принятый в XX в.

27 Слова «благодарение богу» — по-арабски «шукр Аллах» Кер ошибочно перевел как имя еще одного астронома, якобы помогавшего Улугбеку. Как известно, есть такое арабское имя, к тому же имена в арабском тексте не пишутся с большой буквы. Интересно, как исправил ошибку Кера Делиль. В своей речи он подробно рассказал о помогавших Улугбеку трех астрономах и в подтверждение привел длинную цитату (См. [1], с 115), тактично умолчав об описке, но подчеркнув, что Улугбеку помогали три, а не четыре астронома. В русском переводе ошибка устранена.

28 Ала ад-Дин Али ибн Мухаммад ал-Кушчи (ок. 1402—1474) — уроженец Самарканда, ученик Улугбека, сын Кази-заде ар-Руми. Сотрудник обсерватории и медресе. После убийства Улугбека работал в Иране и Турции. Кер сделал здесь следующую приписку: „Хоттингер в «Восточной библиотеке», с 257, № 35 — Али Кушчи «Элементы логики, геодезия и астрономии» и № 40 Трактат Ибн Али [?! — H. H.] «Об астрономическом квадранте и астролябии». «В предисловии Улугбек назвал ал-Кушчи «сыном», что вызвало недоуменное замечание Кера: «верно ли?». Делиль в своей речи тактично ответил и на этот вопрос, приведя большую цитату о том, что ал-Кушчи был сыном учителя Улугбека Кази-заде ([1], с. 115). Как показал Г.Д. Джалялов, Улугбек действительно считал ал-Кушчи своим сыном, так как он рос в его доме (См.: : Г.Д. Джалялов. К вопросу о составлении планетных таблиц Самаркандской обсерватории. «Историко-астрономические исследования», вып. I, ГИТТЛ, М., с. 105). После смерти Улугбека ал-Кушчи издал в Стамбуле описание Самаркандской обсерватории и ее инструментов. В частности, именно из его описания стало известно, что главным инструментом этой обсерватории был квадрант.

29 Кер добавил здесь в скобках: «то-есть наблюдений звезд». В русском переводе опущено, так как не соответствует тексту Улугбека.

30 Кер неточно перевел «раздел» вместо — «диссертация». Хотя арабское слово допускает оба перевода, по смыслу годится лишь первое Именно его употребляет в своей речи и Делиль. «Раздел» оставлен и в русском переводе. Чувствуется, что при переводе последней части предисловия Кер очень торопился — здесь есть ошибки и неточности, которых нет в остальном тексте.

31 Цитирована сура 39, стих 19 («Коран», с. 366).

«Кабинетъ» — История астрономии. Все права на тексты книг принадлежат их авторам!
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку