Материалы по истории астрономии

На правах рекламы:

Гербалайф отзывы диетологов - полезно ли употребление продукции? Узнайте тут.

Русское астрономическое общество

До конца 80-х годов XIX века Нижегородский кружок любителей физики и астрономии практически был единственной в; России общественной организацией, в которой принимали участие как астрономы-специалисты, так и любители. Вместе с тем росла потребность русских астрономов в обсуждении новых, проблем в широком масштабе, организаций крупных экспедиций, издания профессионального научного журнала и т. п.

До этого времени астрономы-профессионалы пытались найти «пристанище» в различных научных обществах. Одним из них было Русское Географическое общество, основанное в 1845 г. в Петербурге. С самого начала его деятельности в состав общества в Отделение математической географии вошли многие видные астрономы, геодезисты, картографы. Первым председателем этого отделения (с 1850 по 1856 гг.) был В.Я. Струве, возглавлявший до этого в обществе Отделение: географии России1. После Струве Отделением руководили А.А. Тилло, А.Ф. Вагнер, В.В. Витковский, Н.Я. Цингер.

Географическое общество с первых же лет своей деятельности стало подлинным центром географической науки, инициатором и организатором большинства экспедиций по изучению обширной территории России и сопредельных стран. Астрономы принимали активное участие в экспедициях. В одной из них (на Урал в 1847—1849 гг.) сотрудник Пулковской обсерватории, а в будущем выдающийся русский астроном М.А. Ковальский в составе Комплексной экспедиции выполнил большую астрономо-геодезическую работу: определил координаты 186 пунктов и высоты 72 пунктов на Урале — от Чердыни до Ледовитого океана, заложив основы для точного картографирования Северного Урала и для описания притоков рек Печоры и Оби. Кроме того, М.А. Ковальский определил элементы земного магнетизма для пяти пунктов2. Результатом этой кропотливейшей работы путешественников явилось двухтомное сочинение по географии Северного Урала: «Северный Урал и береговой хребет Пай-Хой» (СПб., 1853—1856).

Астрономическими исследованиями, связанными с Землей, как одной из планет Солнечной системы, активно и в течение длительного времени занимался в рамках Географического общества один из выдающихся организаторов русской географической науки, почетный член Петербургской Академии наук П.

П. Семенов-Тян-Шанский. В своих трудах он отстаивал, в частности, содержание и задачи географии в «тесном» и «обширном смысле». География в обширном смысле является комплексом, по Семенову, ряда естественных наук, одна из которых — астрономическая география, изучающая «Земной шар в отношении к планетной системе и действительному ее строению»3. Это положение, данное П.П. Семеновым предмету географии, сближало выдающегося русского географа-путешественника с воззрениями передовых ученых-астрономов его времени. Оно не устарело до наших дней.

В Москве ряд астрономов состояли членами Общества испытателей природы, созданного в 1805 г. В работе этого общества принимали участие астрономы Ф.А. Бредихин (он был даже избран президентом в 1886—1890 гг.), Д.М. Перевощиков, Ф.А. Слудский (президент в 1890—1897 гг.), П.К. Штернберг.

В 1863 г. было основано Общество любителей естествознания, антропологии и этнографии. Общество это делилось на несколько отделений. Одно из них — физическое — собирало ученых, интересующихся физикой, астрономией, механикой. Доклады и сообщения сопровождались обычно демонстрациями различных опытов, диапозитивов. В 1880—1890 гг. в работе этого общества участвовали астрономы из Московской университетской обсерватории А.А. Белопольский, П.К. Штернберг, С.Н. Блажко, В.К. Цераский.

В том же 1863 г. ряд русских астрономов вступили в основанное на очередном съезде астрономов во Франкфурте-на-Майне Германское астрономическое общество, объединившее ученых не только Германии, но и других стран. В августе 1914 г. в России в связи с 75-летием Пулковской обсерватории должен был состояться съезд общества. Этому помешала первая мировая война.

В 1864 г. открылось Московское математическое общество. Среди его учредителей также были астрономы Ф.А. Бредихин и М.Ф. Хандриков. В 1887 г. это общество совместно с Обществом любителей естествознания, антропологии и этнографии торжественно отметило 200-летие со дня выхода в свет труда И. Ньютона «Математические начала натуральной философии». На собрании 20 декабря 1887 г. с докладами выступили профессора А.Г. Столетов, Н.Е. Жуковский, Н.Я. Цингер и др. Выступил на заседании и астроном В.К. Цераский. Его доклад «Ньютон как творец небесной механики»4 по структуре, манере изложения, явился ярким примером ораторского искусства, образцом публичных выступлений, характерных для этого ученого. В том же 1887 году математическое общество напечатало докторскую диссертацию В.К. Цераского «Астрономический фотометр и его приложения»5.

В конце 60-х годов общества естествоиспытателей стали создаваться при крупных университетах — Петербургском, Казанском, Новороссийском (Одесском), Киевском, Харьковском. В их деятельности принимали участие и астрономы, преподававшие в этих университетах.

На съездах общества естествоиспытателей и врачей, которые проходили начиная с 1867 г. в Москве, Петербурге, Киеве, Казани и других городах, астрономов, как правило, было мало6. Принципиально важным для объединения русских астрономов явился состоявшийся в Петербурге в декабре 1879 — январе 1880 г. VI съезд русских естествоиспытателей и врачей. На нем собралось более 30 астрономов, не считая учителей космографии и любителей. Впервые так много астрономов собралось вместе на съезде.

24 декабря 1879 г. на заседании секции математики и астрономии ее председатель А.Н. Савич выразил сожаление об отсутствии на съезде члена-корреспондента Академии наук, заведующего астрономической обсерваторией Казанского университета, профессора М.А. Ковальского. Было решено послать ему в Казань приветственную телеграмму. А через несколько дней на имя съезда пришла ответная телеграмма. Вот ее текст: «Искренне благодарю за привет, сожалею, что не могу приехать. Устройте Русское астрономическое общество. Ковальский»7. Эти несколько слов — первый документ, в котором говорится о необходимости создания в России астрономического общества.

Телеграмму приняли с восторгом. В протоколе заседания секции в этот день (29 декабря 1879 г.) было записано: «Необходимость Русского астрономического общества ощущается уже давно всеми русскими астрономами. В России нет журнала, где бы они могли всегда печатать свои статьи, сообщать свои наблюдения и проч., наконец, нет собраний, где бы астрономы могли сходиться и обмениваться мыслями. Не раз уже Пулковские астрономы собирались в частные кружки, в которых реферировали все новейшие сочинения, сообщали свои работы, предположения и проч., но ввиду того, что эти собрания не были освящены формальным ореолом, они не находили фактической поддержки в тех лицах, участие и влияние которых было бы желательно.

Большинство сознавало пользу, которое могло бы принести Русское астрономическое общество... и потому предложение знаменитого русского астронома было встречено с непритворной радостью...»8.

С организацией Общества решили не медлить: здесь же на съезде для составления проекта Устава была избрана комиссия в составе А.Н. Савича, Н.Я. Цингера, Д.И. Дубяго, М.А. Савицкого, С.П. Глазенапа9.

Решающая роль в организации общества принадлежала С.П. Глазенапу10. Он неоднократно выступал в газетах и журналах с научно-популярными статьями по астрономии (например, в столичной газете «Новое время», в журналах «Природа и люди», «Русское богатство», «Самообразование», «Альманахе Яблонского» и других), издал несколько научно-популярных книг, в том числе прекрасную книгу «Друзьям и любителям астрономии», первое издание которой (1904 г.) получило медаль Русского астрономического общества, написал ряд учебников по космографии и математике.

С.П. Глазенап — первый из русских астрономов-профессионалов стал оказывать систематическую помощь любителям астрономии, пытался вовлечь их в серьезную научную работу. Вот почему именно он сразу же после первых практических шагов, сделанных на Всероссийском съезде естествоиспытателей и врачей со страстностью взялся за организацию Русского астрономического общества.

Профессору Глазенапу было трудно: надо было «пробить» бюрократическо-чиновничье отношение к новому обществу со стороны «влиятельных» лиц. Для подготовки устава общества, как уже было сказано, на съезде была создана комиссия, председателем которой был избран профессор Петербургского университета, академик А.Н. Савич.

В молодости Савич был членом кружка Герцена и Огарева, но позднее перешел в лагерь реакции и принадлежал к правому крылу ученых Петербургского университета. Несмотря на избрание его председателем группы по подготовке устава общества (здесь повлияло, конечно, служебное положение Савича), он оказывал явное сопротивление этому. Вот яркий пример Назначая собрания группы у себя на дому, он ни разу не являлся на них сам и члены группы вынуждены были расходиться ни с чем. В этих поступках, — писал позднее в своих воспоминаниях С.П. Глазенап, — проявлялось отрицательное отношение правительства к вновь утверждаемому обществу11.

Отрицательно отнесся к организации общества и директор Пулковской обсерватории О.В. Струве. Он говорил Глазенапу: «Зачем вам понадобилось русское астрономическое общество, когда имеется германское, в которое каждый желающий может вступить членом»12.

Некоторые из организационной группы, видя подобное отношение со стороны «влиятельных» лиц, решили оставить идею создания общества. Организационная группа фактически распалась. Казалось, не сбудется давнишняя мечта передовой части астрономов, все еще пытавшихся обойти «преграды», склонить «влиятельных» к мысли о настоятельной потребности в объединении научных сил русских астрономов и создании общества с широкими научно-просветительскими задачами. Во главе с профессором С.П. Глазенапом несколько человек продолжали прилагать усилия к его организации. 10 лет заняли хлопоты, 10 лет С.П. Глазенап ходил «по инстанциям», доказывая необходимость создания астрономического общества. Хлопоты увенчались, наконец, успехом: было получено разрешение на создание общества.

31 октября 1890 г. министру народного просвещения графу И. Делянову не оставалось ничего другого, как на экземпляре представленного ему Устава Русского астрономического общества начертать: «Утверждаю».

Три десятка членов-учредителей, среди которых были А.А. Белопольский, С.П. Глазенап, А.А. Иванов и другие, собрались 10 декабря 1890 г. в Петербурге в зале Русского географического общества. Собрание учредителей началось формально как заседание отделения математической географии. Именно поэтому открыл заседание и приветствовал от имени Географического общества учредителей нового Астрономического общества председатель Отделения известный географ А.А. Тилло. Он предложил избрать председателем заседания С.П. Глазенапа, больше всех других сделавшего для учреждения общества. Профессор С.П. Глазенап огласил сообщение министра народного просвещения об утверждении Устава Русского астрономического общества (РАО). Состоял Устав из пяти частей.

В I части Устава было сказано, что целью Русского астрономического общества является содействие успехам астрономии и высшей геодезии и распространению их знаний. После оглашения Устава было проведено избрание первых действительных членов Русского астрономического Общества. Ими стали 18 астрономов.

Сергей Павлович Глазенап

Был избран Совет общества. В него вошли А.А. Тилло — председатель Отделения математической географии Русского географического общества, С.П. Глазенап, Ф.А. Бредихин, Н.В. Маевский, И.И. Стебницкий, Н.Л. Пущин, А.Д. Путята и О.А. Баклунд. Председателем Совета (и Общества) был избран академик Ф.А. Бредихин13. Товарищем Председателя избрали профессора С.П. Глазенапа.

20 марта 1891 г. в торжественной обстановке состоялось общее собрание, посвященное открытию Русского астрономического общества. На нем присутствовали виднейшие астрономы, министр народного просвещения, члены императорской фамилии. Явно подчеркивался официальный характер общества. О противодействии официальных лиц открытию общества как будто забыли...

Вступительное слово сказал Ф.А. Бредихин. «По всему огромному пространству России рассеяно множество любителей астрономии, — говорил Ф.А. Бредихин. — Все они с охотою готовы служить научным целям, но нуждаются в совете и руководстве. Необходимо этих лиц сплотить и направить их дружные усилия к правильно поставленной цели — это есть первая задача общества...»14. Далее Ф.А. Бредихин указал на наблюдения, которые доступны любителям астрономии и которые было бы желательно проводить — это наблюдение Солнца, кометных хвостов, «падающих звезд» (метеоров), зодиакального света, полярных сияний. «Все эти наблюдения, — подчеркнул Ф.А. Бредихин, — после соответствующей обработки должны публиковаться в специальном издании общества».

После выступления Ф.А. Бредихина с яркой речью «О задачах современной астрономии» выступил профессор С.П. Глазенап. Так закончилось первое общее собрание РАО, положившее начало формальному объединению русских астрономов как профессионалов, так и любителей. Однако на всем протяжении своего существования такого объединения не получилось: общество по преимуществу было объединением только астрономов-специалистов. И хотя формально членами его были и любители-астрономы, их участие в работе общества практически не ощущалось.

Федор Александрович Бредихин

В первые годы число членов РАО росло довольно быстро: через полтора года после открытия (к составлению первого официального отчета) в Обществе состояло 126 действительных членов. 1 член-соревнователь и 1 член-сотрудник. К 1 марта 1894 г. было 5 почетных членов (это были лица царской фамилии). 184 действительных члена и те же самые 1 член-соревнователь и 1 член-сотрудник.

Прирост, как видно, был за счет действительных членов, а это означало, что, в основном, членами общества были только дипломированные специалисты-астрономы: чтобы стать членом общества по уставу требовалась рекомендация не менее пяти действительных членов, которые с самого начата были астрономами-специалистами. Любителям — людям, бескорыстно желавшим отдать свои, пусть небольшие, знания науке, — в число действительных членов попасть было трудно...

Одним из ярких примеров отрицательного отношения руководства РАО (и ряда астрономов) к пропаганде и популяризации астрономии, к проведению любительских наблюдений явилась попытка (правда, неудавшаяся) в 1893 г., то есть уже через три года после создания общества, изменить его устав. Речь шла об исключении из устава п. «д» § 2 и пп. 4 и 6 § 35. в которых указывалось, что Общество имеет право... «открывать платные или бесплатные публичные чтения по программам, утвержденным Советом общества»... (п. «д». § 2) и. что средства общества составляются «из входной платы за публичные чтения и выставки» и. 4, § 35) и «из недвижимой собственности» (п. 6, § 35)15

Фактически предлагалось, чтобы общество отказалось от устройства выставок для массовых аудиторий, публичных лекций, популярных, как мы сказали бы сейчас — народных обсерваторий.

Эти изменения практически без обсуждения были утверждены Советом общества 14 октября 1893 г. большинством голосов — пять против одного (С.П. Глазенапа)16. В связи с этим было решено обратиться к министру народного просвещения с ходатайством об утверждении нового Устава.

В тот же день собралось Общее собрание РАО. Несколько рядовых членов общества заявили протест о допущенной Советом самовольной переделке устава: всякое изменение его должно утверждаться не Советом, а Общим собранием. Назревал скандал. Во избежание его было постановлено создать комиссию «для рассмотрения вопроса об изменении устава». Результатом дебатов явилось заявление Ф.А. Бредихина о снятии с себя обязанности Председателя общества «в связи с возникшими разногласиями».

Прошел месяц и снова было созвано Общее собрание. За это время комиссия получила много устных и письменных заявлений от членов общества. Вот одно из них. «...Признавая всецело, что научные цели и научная деятельность должны составлять главную задачу Русского астрономического общества, никак не могут согласиться с тем, чтобы совершенное исключение из его деятельности популяризации науки вызывалось достаточно основательными мотивами... Из истории астрономии мы знаем, что этим важным делом нигде не гнушались самые гениальные представители этой науки и тем оказывали образованному обществу незаменимые услуги...»17

Другое заявление: «...Изменение устава, утвержденного лишь в 1890 г., едва ли вызывается существом дела», или еще одно: «Нет никакой логической необходимости лишать общество права устраивать обсерватории и читать публичные лекции...»18

Общее собрание РАО постановило: дело об изменениях устава общества прекратить19. В этот день, 16 декабря 1893 г., Председателем Русского астрономического общества был избран профессор С.И. Глазенап.

Зная о существовании Астрономического общества, многие любители астрономии обращались лично к Глазенапу с вопросами, присылали свои наблюдения. Так, одним из его корреспондентов стад совсем юный любитель астрономии ученик 4 класса 5 Киевской гимназии Андрей Борисяк. Он сообщил Глазенапу в Петербург о своих наблюдениях вечером 8(21) февраля 1901 г. Новой звезды в созвездии Персея, достигшей в максимуме нулевой величины20.

Ученик 4-го класса 5-й Киевской гимназии Андрей Борисяк

22 марта 1901 г. на заседании РАО С.П. Глазенап доложил об этом открытии А. Борисяка, указав на то. что оно было сделано на несколько часов раньше всех других, в том числе иностранных астрономов21.

Вскоре Борисяка избрали действительным членом РАО. Он получил «высочайший» подарок — телескоп. Но такие факты в истории РАО были чрезвычайно редкими.

Вплоть до Великой Октябрьской социалистической революции. Русское астрономическое общество практически ничего не сделало для популяризации астрономии, хотя вопрос, например, об открытии обсерватории поднимался несколько раз начиная с 1899 г. Е.А. Предтеченским22. В 1903 г. астроном Н.М. Субботина предложила для такой обсерватории пожертвование и свой 4-дюймовый телескоп-рефрактор23. Но обсерватория так и не открылась. Единственной пропагандой астрономических знаний было несколько публичных популярных лекций для солдат местного гарнизона (в так называемом «Соляном городке»), но и они быстро прекратились, так как (как было сказано в протоколе) «...имели посредственный успех»24.

Не помогало РАО и многочисленным любителям астрономии, которые со всей России, услышав об открытии общества, неоднократно обращались в РАО с вопросами, за советами или с просьбами о возможности приобретения астрономических инструментов. Вот образец одного из типичных ответов. Это учителям В. Козловскому и К. Миронову: «К крайнему сожалению, и вполне сочувствуя, общество не может вам помочь за неимением средств»25.

Чем же занимались в обществе? Главными вопросами было заслушивание на заседаниях обзорных и оригинальных докладов по астрономии, способствующих установлению более тесных контактов между астрономами и геодезистами Петербургского университета, Пулковской обсерватории, Морского и военного ведомств.

Другой работой общества была организация нескольких экспедиций. Наиболее крупными были экспедиции для наблюдения полного солнечного затмения 28 июля 1896 г. Одна из них провела наблюдение затмения в Лапландии, другая на реке Лене в селении Чекурское, третья на западном берегу Новой Земли, в Малых Кармакулах26. Для определения силы тяжести Общество организовало под руководством А.М. Гижицкого гравиметрическую экспедицию в Петербургскую, Новгородскую и Олонецкую губернии. На август 1914 г. были намечены еще четыре экспедиции — в Трапезунд (Турция), в Киев, близ Вильно и на Аландские острова для наблюдения предстоящего полного солнечного затмения27. Однако начавшаяся мировая война не дала возможности провести наблюдения солнечного затмения по намеченной программе. Только нескольким из членов РАО удалось наблюдать затмение — это Н.М. Штауде, руководителю астрономического кружка при Высших женских курсах (с ноября 1914 г. она стала действительным членом общества), Н.А. Смирнову, Н.М. Субботиной и некоторым другим. Экспедиции эти были малочисленны, плохо оснащены и серьезного научного значения наблюдения не имели.

В 1916 г. при Русском астрономическом обществе была учреждена комиссия по преподаванию астрономии в начальной школе28. На собрании РАО 8 октября 1916 г. в связи с 25-летием общества (исполнившимся в 1915 г.) было объявлено «о даровании» обществу звания «императорского»29. Это был акт, которым правительство надеялось в предреволюционное время привлечь на свою сторону русских ученых. Однако авторитет общества среди астрономической общественности заметно падал. В связи с начавшейся первой мировой войной сократилось и число членов общества: так, если в первом отчетном году (1891 г.) в обществе было 126 действительных членов, в 1899 — 285, то к 1 марта 1915 г. это число упало до 23330. Но и это количество лишь числилось по «журналу». Собрания общества посещали два—три десятка астрономов и гостей.

Важное значение в истории пропаганды астрономии сыграло связанное с деятельностью Русского астрономического общества организация первого в России специального астрономического журнала. Он получил наименование «Известия Русского астрономического общества». Первый выпуск журнала вышел в 1892 г. (Выпуски 1—22 назывались «Известия РАО». Выпуск — 22 № 4—6 — «Известия императорского русского астрономического общества». Выпуски 23—26 (они выходили с 1917 по 1926 гг.) снова назывались «Известия РАО»).

В «Известиях» публиковались протоколы общих собраний РАО и заседаний Совета, сообщения о новостях астрономии, рефераты, наблюдения, обзоры астрономической литературы. Формально «Известия» были рассчитаны как на специалистов-астрономов, так и на любителей, но публиковались в них, как правило, статьи лишь профессионалов. И распространялись «Известия» только по профессиональным обсерваториям.

С 1909 года Русское астрономическое общество, наряду с «Известиями», стало издавать «Ежегодники»31. Это были справочные издания, в которых печатались данные для астрономов-наблюдателей на каждый год. В составлении Ежегодников принимали участие известные русские ученые С.С. Гальперсон, П.И. Савкевич, А.А. Иванов, Ф.Ф. Витрам, А.М. Еижицкий, М.А. Вильев, Б.В. Нумеров, Э.К. Эпик и другие.

Активное участие в составлении Ежегодников, в частности, в вычислениях таблиц, принимали члены Московского общества любителей астрономии — астрономы А.А. Михайлов, М.Е. Набоков, А.И. Высотский, И.Ф. Бардинский и другие.

Русское астрономическое общество поощряло астрономов-профессионалов: за лучшие астрономические работы выдавались премии из средств, пожертвованных на эти цели рядом членов общества — профессором С.П. Глазенапом, С.И. Голубевым и другими. Среди удостоенных премии РАО были профессора А.А. Иванов (за работу «Вращательное движение Земли»), Е.А. Тихов (за исследования Марса с применением светофильтров), С.Н. Блажко (за работы по исследованию переменных звезд), А.А. Михайлов (за работу, связанную с предвычислением солнечных затмений) и другие. Вместе с денежной премией награжденным выдавались медали. Была, в частности, изготовлена бронзовая медаль РАО с барельефным портретом профессора С.П. Глазенапа32.

Наиболее выдающихся отечественных и иностранных ученых, согласно уставу, собрание РАО избирало в число Почетных членов. Этого звания в дореволюционный период были удостоены Ф.А. Бредихин, Д.И. Менделеев, французские астрономы К. Фламмарион, П. Жансен и некоторые другие.

Русское астрономическое общество не было массовой организацией. Это была научная общественная организация, имевшая ярко выраженную классовую направленность, характерную для научных, особенно академических учреждений России эпохи империализма.

Русское астрономическое общество, объединившее, в основном, астрономов-профессионалов, проводило работы, направленные на сохранение традиционных «академических» устоев. Передовые астрономы пытались в рамках астрономического общества несколько усовершенствовать организацию своих исследований, проводимых ими в основном в обсерваториях или на университетских кафедрах, внести элементы популяризации астрономии среди населения, но в условиях царского самодержавия в широких масштабах развернуть такую деятельность возможности не было. Недостаточность материальных средств, постоянный правительственный надзор — мешало общественно полезной, научно-популяризаторской деятельности Русского астрономического общества, как мешало и развитию самих научных исследований.

Созданным параллельно с РАО астрономическим кружкам и обществам в других городах России удалось во многом избежать отрицательные явления, связанные с деятельностью столичного императорского общества.

Примечания

1. Струве В.Я. Этюды звездной астрономии. М.: Изд-во АН СССР, 1953, с. 205.

2. Ковальский М.Л. Избранные работы по астрономии (биографический очерк: проф. Д.Я. Мартынова). М.; Л.: Гостехтеоретиздат. 1951, с. 10—11.

3. Риттер К. Землеведение Азии. (Предисловие П.П. Семенова). СПб., 1856, т. 1, с. 9.

4. Цераский В.К. Избранные работы по астрономии. М.; Л., 1953, с. 16.

5. Математический сборник. М.: Изд. Московского математического общества, т. XIII, 1887.

6. Перель Ю.Г. Вопросы астрономии на съездах русских естествоиспытателей и врачей. — Астроном, Журн., 1953, т. XXX, вып. 3, с. 352—365.

7. См.: Речи и протоколы VI съезда русских естествоиспытателей и врачей. СПб., 1879—1880, с. 209.

8. Речи и протоколы VI съезда русских естествоиспытателей и врачей. СПб. 1879—1880, с. 209. В статье Ю.Г. Переля («Астроном, журнал», т. XXX, вып. 3, с. 357) текст этого протокола приводится не совсем точно.

9. Там же.

10. Проф. С.П. Глазенап — автор знаменитого «Кольца Глазенапа» — оригинального прибора для определения времени и широты места.

11. Глазенап С.П. Некоторые эпизоды из моей жизни. — Мироведение, 1936, т. XXV (1), с. 65.

12. Там же.

13. Ф.А. Бредихин был Председателем общества около трех лет. За это время он присутствовал на всех общих собраниях и заседаниях Совета и пропу стил только одно заседание, уведомив заранее, что болен. На заседаниях общества он неоднократно докладывал о своих исследованиях метеорных потоков. (См. статью А.Д. Дубяго «Жизнь и деятельность Ф.А. Бредихина». — В кн.: Бредихин Ф.А. Этюды о метеорах. М.: Изд-во АН СССР 1954 с. 515.)

14. Известия Русского астрономического общества, вып. 1. СПб, 1892, с. 10.

15. Устав Русского астрономического общества СПб, Паровая скоропечатня П.О. Яблонского, 1894.

16. Известия РАО, 1894, вып. III, с. 110.

17. Там же, с. 109—110.

18. Известия РАО, 1894, вып. III, с. 112.

19. Там же.

20. Это наблюдение было проведено А.А. Борисяком совместно с его товарищем по гимназии А.И. Барановским, тоже любителем астрономии. Об этом факте, неизвестном прежде в истории астрономии. А.А. Борисяк письменно впервые сообщил автору данной книги в 1952 г.

21. Известия РАО, вып. IX, № 13, с. 14.

22. Е.А. Предтеченский — талантливый литератор и любитель астрономии, на писавший, в частности, прекрасную книгу «Астроном-любитель», вышедшую двумя изданиями в 1895 и 1902 гг.

23. Известия РОЛМ 1915, № 6, с. 283.

24. Известия РАО. 1901, вып. IX, № 1—3, с. 32.

25. Там же, с. 9.

26. Известия РАО, 1896, № 8, вып. V, с. 105.

27. Известия РАО, 1914—1915, вып. XX, с. 278.

28. Известия РОЛМ, 1916, № 2(20), с. 114.

29. Известия РОЛМ, 1916, № 5(23), с. 266.

30. Известия РОЛМ, 1916, № 2(20), с. 107—108.

31. Ежегодники РАО выходили до 1923 г.

32. Эта медаль выполнена по модели Петербургского медальера С. Важенина.

«Кабинетъ» — История астрономии. Все права на тексты книг принадлежат их авторам!
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку