Материалы по истории астрономии

На правах рекламы:

Творог Простоквашино - отзывы покупателей.

Контрасты средневековой Европы

Упадок античной культуры. После захватывающего расцвета античной культуры на европейском континенте наступил длительный период некоторого застоя, а в ряде случаев и регресса — отрезок времени более чем в 1000 лет, который принято называть средневековьем. Ему предшествовало разделение Римской империи на Западную и Восточную (395 г.) и гибель Западной империи под ударами германских племен — готов и вандалов. И за эти более чем 1000 лет не было сделано ни одного существенного астрономического открытия...

Упадку науки, в частности естествознания, в определенной степени содействовало также и распространение христианства, в 313 г. ставшего в Римской империи государственной религией. В концентрированном виде отношение христианства к науке сформулировал еще в начале III в. н. э. христианский богослов из Карфагена Тертулиан (ок. 160 — ок. 220). Поставив вопросы: «Что есть общее у философа с христианином, у ученика Греции с учеником неба?» и «Что общее между Афинами и Иерусалимом, между Академией и церковью?», он ответил на них так: «Нам после Христа не нужна никакая тяга к знаниям, после евангелия нам не нужны никакие исследования». Аналогично высказался об ученых и раннехристианский историк Евсевий (ок. 263 — ок. 340): «Мы так низко ценим то, чем они увлекаются, совсем не из-за незнания предмета, а потому, что мы пренебрегаем их бесполезным трудом, обращая наши души к предметам более возвышенным». Все усилия христиан должны были направляться на подготовку к потусторонней жизни...

Правда, в таком выдающемся научном центре, как Александрия, огонь науки погас не сразу. Под влиянием античной философии отдельные представители александрийской богословской школы высказывали утверждения о неисчислимости населенных миров, о шарообразности Земли и т. д. В частности, один из «отцов церкви» Ориген (185—254) придерживался взгляда, что Земля является одним из миллионов подобных ей миров, что Вселенная время от времени обновляется разрушением и зарождением материальных миров.

Конечно, определенный интерес к астрономии сохранялся, в частности, из-за увлечения астрологией, которое в Римской империи накануне ее краха усилилось. Например, в Александрии, бывшей столице эллинистического Египта, а позже главном городе римской провинции, в 146 г., к 60-летию императора Антонина Пия (138—161) было даже выпущено 12 медных монет с изображениями на их оборотных сторонах созвездий Зодиака совместно с мифологическими изображениями семи планет. В г. Помпеи найдены изображения семи богов — «опекунов» дней недели.

Имел определенный резонанс и «Альмагест» Птолемея. Так, известно, что ок. 250 г. н. э. он при Сасанидском правителе Шапуре I был переведен на язык пехлеви, имелся его перевод и на сирийский язык. Комментатор «Альмагеста» Теон Александрийский (IV в.) создал теорию трепидации, согласно которой прецессионное перемещение точки весеннего равноденствия — это не равномерно-поступательное, а циклическое движение: с передвижениями на несколько градусов вперед, остановками и обратным движением. Вот к чему привела малая точность птолемеевых наблюдений неподвижных звезд и Солнца (с. 56)...

Примечательно, что поборником гелиоцентрических взглядов был римский император Юлиан Отступник (ок. 331—363). В своем сочинении «К владыке Солнцу» он писал: «Планеты кружатся вокруг него [Солнца] как вокруг своего владыки». Вскоре император Валент (328—378) в 373 г. отдал приказ — сжечь все нехристианские книги... В V в. Маркиан Феликс Капелла из Карфагена, один из последних ученых «дохристианского мира язычества» написал «высокопарной и нечистой латынью» книгу в стихах «Сатирикон», бывшую энциклопедией науки своего времени. В ней, среди прочего, пропагандировалась мысль о движении Меркурия и Венеры вокруг Солнца. Но уничтожение «языческих» книг все продолжалось. Мы вспомним еще, что в Риме по распоряжению папы Григория I (590—604) была сожжена библиотека при храме Аполлона Палатинского, в которой находились рукописи редчайших трудов многих древних философов...

«Рецидив детства». Образно говоря, представления о плоской Земле зародились в эпоху детства человечества. И произошло это совершенно закономерно. Но мы уже видели, как греческие философы сумели преподнести научные доказательства того, что Земля является шаром, сумели установить ее размеры, определить, пусть и неточно, расстояния до Солнца и Луны. Так за несколько столетий до нашей эры был заложен фундамент науки о Вселенной.

Но вот новые поколения людей, охваченных религиозным фанатизмом, безо всякого сожаления растаскивают подмостки, разрушают начатое строительство. То тут, то там во взглядах на окружающей мир встречаются... рецидивы детства. В частности, на много лет (вплоть до IX в.!) были «воскрешены» представления о плоской Земле. Так, христианский писатель и теолог Люций Целий Фирмиан, названный Лактанцием (ок. 250 — ок. 320), в трактате «О ложной мудрости» высмеивал древних философов, утверждавших, что Земля имеет форму шара. Вот как «убедительно» звучат его «доказательства»: «Что сказать о людях, допускающих существование антиподов и помещающих каких-то людей под нашими ногами? Можно ли быть настолько ограниченным, чтобы думать, будто есть люди, у которых ноги выше головы, что существуют страны, где все стоит вверх дном, где плоды висят снизу вверх, верхушки деревьев стремятся вниз, дождь, снег и град падают снизу вверх?.. Подобные заблуждения встречаются у людей, полагающих, что Земля кругла». Константинопольский епископ Иоанн Златоуст (ок. 347—407) повторял те же взгляды, говоря, что он готов вступить в спор с каждым, кто осмелится утверждать, что Земля шарообразна и что она не подобна палатке или шатру.

Справедливости ради следует отметить, что некоторые из «отцов церкви» были высокообразованными людьми. Так, современник Иоанна Златоуста Василий, епископ Кесарийский (ок. 330—379), в своих трудах правильно объясняет смену фаз Луны, Солнце же у него «велико и до бесконечности больше, нежели каким представляется». Знает он и причину приливов и отливов: «С переменами Луны согласны... обратные течения еврипов, прилив и отлив в... океане..., в точности следующие времени лунных кругообращений». А вот его рассуждения о форме Земли: «Писавшие о мире... рассуждали, что она... шар... Но я не соглашусь признать наше повествование о миротворении стоящим меньшего уважения потому единственно, что раб божий Моисей не рассуждал о фигурах, не сказал, что окружность Земли имеет 180 000 стадий, не вымерил, на сколько простирается... земная тень... и как эта тень, падая на Луну, производит затмения». Отсюда и вывод: «Нас не интересует, является Земля шаром, цилиндром, либо диском, или же она вогнута посредине подобно вееру»...

В это же время блаженный Августин (354—430) провозгласил, что главной целью людского разума является познание бога и собственной души, а исследования окружающего мира ради него самого осудил как грех напрасной любознательности. Августин полностью разделял взгляды Лактанция в отношении формы Земли.

И вот в 535 г. александрийский монах Косма Индикоплевст, который ранее был купцом и путешественником и побывал в Индии, написал труд «Христианская топография Вселенной, основанная на свидетельствах святого письма, в котором христианам нельзя сомневаться». В этой книге Косма утверждал, что «нельзя верить светской науке, которая считает, будто с помощью разума можно познать вселенную», высмеивает мысль о шарообразности Земли и предлагает собственную модель мира: «Мы скажем вместе с пророком Исайей, что небо имеет форму свода; вместе с Иовом скажем, что оно соединено с Землей, а вместе с Моисеем, что Земля больше в длину, нежели в ширину».

Рис. 33. Строение мира согласно Косме Индикоплевсту

По Косме Земля имеет форму прямоугольника (рис. 33), у которого большие стороны в два раза длиннее малых и посередине которого расположен город Иерусалим. За океаном, окружающим Землю, размещен еще один материк, в восточной части которого был когда-то земной рай. Небесный свод поддерживается четырьмя отвесными стенами. На севере Земли возвышается огромная гора, за которую заходят Солнце, Луна и звезды на определенную часть суток. «Все светила, — говорит он, — созданы для того, чтобы управлять днями и ночами, месяцами и годами, перемещаются не в результате движения неба, а под действием божественных сил и мироносителей. Бог создал ангелов, чтобы они служили ему, и одним приказал двигать воздух, другим Солнце, третьим Луну, четвертым звезды, некоторым велел нагромождать облака и готовить дождь». Поистине, более наивного представления и не придумаешь...

Византийская космология. Как уже отмечалось, Византийская империя просуществовала более 1000 лет. Так неужто главным ее достижением в области космологических воззрений была эта, к тому же заимствованная, система Космы Индикоплевста? Конечно же, нет. Беда просто в том, что византийская наука вообще и астрономические и космологические взгляды конца первого и начала второго тысячелетия пока изучены еще крайне недостаточно1. Если же присмотреться к ним повнимательнее, то вполне может оказаться, что широкому распространению «Христианская топография» обязана не своими представлениями о мироздании, а всего лишь «из-за живого интереса средневекового читателя к ярким миниатюрам, украшающим древнейшие списки этого сочинения».

И в данном случае, по-видимому, многое безвозвратно потеряно в огне, когда «воинство» четвертого крестового похода в 1204 г. захватило Константинополь (так же, как в 1109 г. крестоносцы сожгли в Триполи более 100 000 научных трудов исламских авторов)...

Известно, однако, что в первой половине VIII в. Иоанн Дамаскин (680—760) создал энциклопедический труд «Источник знания», в котором было дано систематическое изложение философско-логических понятий, космологических, психологических и других сведений на основе лучших сочинений античных и александрийских ученых. Дамаскин игнорировал «Топографию» Космы. У него Земля окружена тремя небесами: первое, самое высокое и неподвижное — эмпирейское, второе — хрустальное, третье — твердь, делящаяся на пояс неподвижных звезд и пояс планет. Планетное же небо делится на семь кругов по числу планет.

Известно также, что византийский патриарх Фотий (ок. 820—ок. 891) называл измышления Космы «нелепостями», считая шарообразность Земли доказанной. При Фотии был создан первый библиографический труд средневековья — «Библиотека Фотия», а несколько позднее (ок. 1000 г.) — широко известный энциклопедический словарь «Лексикон Свиды».

Большой интерес к астрономии и астрологии проявлял Лев Математик (805—870), армянин по происхождению, бывший в 840—843 гг. митрополитом г. Фессалоники. Этот выдающийся византийский философ и ученый явился одним из основоположников светского направления в византийской науке. После реорганизации Константинопольского университета Лев Математик в 863 г. был назначен его ректором и профессором философии и математики. Он известен еще и тем, что конструировал поющих механических птиц и рычащих львов... Не исключено, конечно, что Льву Математику (или, как его еще называли, Философу) был известен «Альмагест», — ведь до наших дней сохранилось несколько списков сочинений Птолемея, относящихся к IX в. Сочинения же самого Льва Математика до нас не дошли.

На XI в. приходятся годы жизни и творчества выдающегося византийского писателя Михаила Пселла (1018 — ок. 1097) и его современника, ученого-энциклопедиста, исполняющего обязанности главного церемониймейстера императорского двора Симеона Сета (Сифа). Из анализа некоторых сочинений упомянутых ученых Н.К. Гаврюшин сделал такой вывод: «Сочинения Михаила Пселла и Симеона Сета свидетельствуют отнюдь не о разрыве с античной научной традицией, но скорее об обратном — о стремлении византийских мыслителей с предельной полнотой освоить и использовать классическое наследие, найти ему подобающее место в системе нового мировоззрения».

В самом деле, Михаил Пселл и Симеон Сет приводят многочисленные (известные со времен Аристотеля) доказательства сферичности Земли, длину окружности Земли — 250 000 стадий, отношение радиусов Солнца, Земли и Луны «согласно опытнейшему в астрономии Аристарху», сведения о точках и линиях небесной сферы, о сменах времен года, о лунных и солнечных затмениях — согласно «мудрейшему Птолемею». В отношении же природы комет, Солнца и звезд они следуют Аристотелю. Примечательно, однако, что Симеон Сет отвергает распространившееся было среди греческих натурфилософов учение об одушевленности светил, подчеркивая, что «движение их является физическим, а не психическим».

Примечания

1. Гаврюшин Н.К. Византийская космология в XI веке // ИАИ. — 1983. — Вып. XVI. — С. 327—338.

«Кабинетъ» — История астрономии. Все права на тексты книг принадлежат их авторам!
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку