Материалы по истории астрономии

На правах рекламы:

Колосниковые решетки http://www.vpskt.ru.

http://vesti-ua.net/ кто такой Борис Ложкин.

Микрокосм и макрокосм

Одушевленная природа

С детства усвоив наиболее общие представления об окружающей нас вселенной и природе, мы, став взрослыми, в своей повседневной жизни редко возвращаемся к ним, чтобы задуматься. Все кажется привычным, простым и понятным. Наивные вопросы без ответа — удел детей, чей оригинальный и подчас совершенно неожиданный склад мышления мы с помощью воспитания и образования постепенно преобразуем в мировоззрение. В современном обществе только маленький ребенок (кроме него лишь поэт, да и то отчасти) пребывает в счастливой уверенности, что Солнце может смеяться, звери — плакать, а земля — чувствовать боль. Взрослые видят в этом лишь милые детские глупости, ведь они хорошо знают, что Солнце — шар из раскаленного газа, звери идут на шапки и дубленки, а из земли делают кирпичи.

Следует, однако, сказать, что наше современное деление природы на живую и неживую сложилось не так уж и давно. Долгое время человечество было убеждено в обратном, полагая, что ничего неодушевленного, мертвого в мире не существует. В этом смысле мировоззрение ранних эпох человеческой истории можно уподобить детскому взгляду на окружающий мир. Ребенок еще слишком слаб и беспомощен, чтобы без посторонней поддержки воздействовать и подчинять себе окружающие его предметы, существа и явления. За него это делают взрослые, которых он поэтому считает могущественными и едва ли не всесильными.

Далекие исторические эпохи не случайно называют детством человечества. Постоянная борьба людей с враждебными силами природы, борьба не на жизнь, а на смерть очень долго велась с перевесом отнюдь не в пользу человека. В силу этого ранние представления об окружающем мире у всех без исключения народов (ведь условия были примерно одинаковыми) складывались по весьма простому шаблону. Раз окружающий мир диктует человеку свои условия, значит, он не пассивен, не бездеятелен, не мертв, ибо мертвое не сопротивляется и не борется. Он — партнер и соперник человека, подобно человеку, он наделен разумом, чувствами и целенаправленной волей. Именно в этом марксистская наука видит главную (но в то же время не единственную) предпосылку возникновения религиозных верований.

Отвергая мертвую природу, первобытное сознание приписывало ей всепроникающую одушевленность. Одушевленным мыслился весь окружающий мир. Такая особенность архаичного мировоззрения получила в науке название анимизма (от лат. «анима» — «душа»). На определенной стадии развития через него прошли все без исключения религии, а многочисленные следы анимистического мировосприятия и по сей день сохранились в нашей культуре, языке, искусстве. Другой стороной анимизма является фетишизм, вера в то, что божество или дух обитают в том или ином предмете, превращающемся, таким образом, из куска безжизненной материи в плоть живого бога. Для поддержания нормальных отношений с духами существовали многочисленные магические обряды и разнообразные жертвоприношения. С точки зрения древних, только благодаря этому земля давала пропитание, дерево позволяло срубить себя, а огонь не испепелял в гневе новый дом. Такой взгляд на окружающий мир составлял сердцевину религиозного сознания и в разной степени определял мировоззрение ранних культур.

Вселенная — человек

Обожествляя природу и ее могущественные силы, человек не просто наделял их разумом и другими присущими ему самому способностями, но и внешне придавал им сходство с самим собой. Человеческий облик имели не только отдельные боги и духи, часто он приписывался всему мирозданию в целом. Согласно чрезвычайно популярному у многих народов космологическому представлению, вселенная есть не что иное, как космически громадное человеческое тело. Характерное для первобытного сознания стремление одушевлять и очеловечивать природу и космос в целом находит в этой концепции свое логическое завершение: вселенная не просто наделяется теми или иными человеческими качествами и атрибутами, но прямо уподобляется самому человеку. Религиозно-мифологическая мысль творила «по своему образу и подобию» не только богов, не только олицетворения сил и явлений природы, но по тем же канонам «конструировала» и само мироздание, представлявшееся единым целостным организмом, столь же сложным и совершенным, как и «венец творения» — человек. Подобные взгляды в известной мере отражают наивные попытки древних творцов религиозной картины мира соединить воедино разнородные, порой полярные, качества и характеристики космоса, представив его в виде наглядного, чувственно воспринимаемого мифологического образа. Концепция тождества мироздания телу человека зародилась в глубокой древности. За долгое время своего существования, постепенно развиваясь, она трансформировалась в многочисленные причудливые предрассудки и суеверия, оказала глубокое влияние на искусство и культуру, в ряде случаев стала основой для донаучных философских учений спекулятивно-схоластического направления.

Огромной популярностью названные воззрения пользовались у древних индийцев, многочисленные свидетельства чему мы обнаруживаем уже в священных книгах древней Индии — ведах. В самой главной из них — «Ригведе» содержится широко известный «Гимн Пуруше», где повествуется о том, как некогда боги рассекли на части и принесли в жертву гигантского космического первочеловека по имени Пуруша. Тело этого мифического великана в результате жертвоприношения породило все сущее, образовав собой вселенную. Из разума Пуруши появился месяц, из глаза — Солнце, изо рта — огонь, из дыхания — ветер. Из его пупа произошел воздух, голова образовала собой небо, уши превратились в страны света, а ноги стали землей. Пуруша породил из себя не только естественный, но и социальный порядок, из разных частей его тела появились представители различных каст — застывших сословий, отделенных друг от друга непроходимой границей: из уст Пуруши появились брахманы — жрецы, его руки превратились в кшатриев — воинов, из бедер возникли вайшьи — земледельцы, и, наконец, из ног родились шудры — самое низшее и угнетенное сословие Древней Индии. Подобный параллелизм весьма примечателен: социальная иерархия повторяет космическую, то есть общество рассматривается по своему устройству аналогичным вселенной.

В более поздних индийских источниках вместо мифического Пуруши фигурируют уже философские понятия, такие, как Атман, Брахман, Ирана, представляющие собой отвлеченные категории, но сохраняющие вместе с тем архаичную религиозно-мифологическую подоснову. Так, например, в одном из сочинений говорится о том, что голова Атмана — это небо, глаз — Солнце, дыхание — ветер, тело — пространство, мочевой пузырь — вода, ноги — земля. Позднее картина усложняется: небеса и земля описываются содержащими по семь слоев, каждый из которых соотносится (снизу вверх) со ступнями, лодыжками, голенями, ногами ниже колен, коленями, бедрами, пупом, животом, грудью, ртом, бровью, лбом, надлобьем, черепом. В более поздней, джайнской1 космологии вселенная также уподобляется человеку, верхняя часть тела соответствует небу, область бедер — земле, ниже — преисподней.

С древнеиндийскими представлениями напрямую перекликается иранский миф. Один из средневековых текстов повествует о том, как вселенная была сотворена из тела Ормузда — верховного божества иранской религии. В зороастрийской2 литературе можно найти и мотив расчленения первосущества, близкий индийскому и заключающий в себе глубокий смысл.

Аналогичные воззрения можно обнаружить и у древних греков. В одном из орфических3 гимнов говорится о всепорождающем и все содержащем в себе Зевсе: «Одна сила, один дух, могучая основа мира и одно божественное тело, в котором все круговращается: огонь и вода, земля и эфир, ночная тьма и дневной свет... Его голова и прекрасное лицо его — это блестящее небо, и кругом как бы золотые локоны... глаза — это Солнце и противостоящая Луна. Истый царственный дух есть негибнущий эфир... Столь же блестяще у него туловище, неизмеримое, несокрушимое, крепкое, с сильными членами, гигантское; плечи бога и грудь его, и широкая спина — это далеко простирающийся воздух... Подошвы его ног — корень земли, мрачный тартар и крайние пределы преисподней. В себе сокрыл он все, чтобы снова на свет многорадостный все извести из лона, являя чудо за чудом»4.

В скандинавской мифологии боги во главе с Одином создают мир из тела убитого ими великана Имира, заполнив им ужасную пропасть Гиннунгагап. Плоть умерщвленного гиганта становится землей, череп — небом, кости — горами, кровь — морями. К этому можно добавить, что в древнескандинавской поэзии распространенным приемом было уподобление частей человеческого тела явлениям природы и наоборот. Голова именовалась «небом», пальцы — «ветвями», вода — «кровью земли», камни и скалы — «костями», травы и лес — «волосами земли». Исследователи считают, что до того, как стать поэтическими образами, эти уподобления отражали реально существовавшие представления людей о вселенной.

Широко распространенные, подобные воззрения были известны и на Руси. В древнерусской «Голубиной книге» дается следующая, космогоническая по сути, картина:


У нас белый вольный свет зачался от суда Божия;
Солнце красное от лица Божьяго,
Самого Христа Царя небесного.
Млад светел месяц от грудей его;
Звезды частые от риз Божьих;
Ночи темные от дум Господних;
Зори утренние от очей Господних;
Ветры буйные от Свята Духа;
У нас ум-разум самого Христа,
Самого Христа Царя небесного;
Наши промыслы от облак небесных;
У нас мир-народ от Адамия;
Кости крепкие от камени;
Телеса наши от сырой земли;
Кровь руда наша от черна моря5.

Нередко происходит перестановка понятий, впрочем принципиально не меняющая сути дела: не человеческое тело образует собой вселенную, но, напротив, сам человек воспроизводит собой космос. В одной из немецких религиозных поэм XII в. говорится:


От корней дал он ему (бог чеовеку. — В.Е.) жилы,
От травы дал он ему волосы,
От облаков — дух,
Глаза — от Солнца6.

Приведенные примеры удивляют своей похожестью. Возникает вопрос: не есть ли это сходство результат общего происхождения? Все упомянутые выше народы относятся к так называемой индоевропейской языковой семье. Когда-то, за несколько тысячелетий до н. э., предки греков, римлян, германцев, славян, индийцев, иранцев и других составляли если не единый народ, то, во всяком случае, группу тесно связанных родственных племен. По мере освоения пространств Евразии единая некогда общность распалась, сначала на крупные ветви, а затем более мелкие ответвления, ставшие основой формирования древних этносов. Следы былого родства до сих пор сохранились в языке: филологи, например, считают, что имя уже называвшегося первозданного гиганта Имира, героя скандинавского мифа о творении, родственно иранскому Йима и индийскому Яма — легендарным прародителям человечества. Вспомним, что, по древнеиндийскому мифу, различные социальные группы возникли из разных частей тела Пуруши. Предположение о генетическом родстве названных представлений, казалось бы, напрашивается. Однако верным такой ответ можно считать лишь отчасти. В принципе нельзя отрицать, что некоторые из них по происхождению связаны между собой. В то же время есть основания допускать их независимое друг от друга возникновение. Важным аргументом здесь служит то обстоятельство, что подобные же воззрения не менее популярны и у других народов, в иных культурных традициях.

Древнерусское сказание о том, что вселенная была сотворена «от Адамия», находит себе аналогию в средневековых европейских христианских легендах, повествующих, как из тела библейского первопредка возникла земля, из крови — море, из костей — камни, из волос — трава. Как русские, так и западные предания в данном случае, видимо, восходят к общей апокрифической7 традиции, в свою очередь связанной с иудейскими сказаниями, собранными и обработанными в сочинении I в. н. э. «Адамова книга». Адам — исполинское существо, ногами он касается земли, головой достигает неба. Во Второзаконии (4:32) сказано: «...сотворил бог человека (Адама. — В. Е.) на земле, и от края неба до края неба». Исполинская сущность Адама подтверждается и тем, что, по Библии, прародитель человечества отличался чрезвычайным долголетием — прожил будто бы девятьсот тридцать лет.

Позднее в византийской мистике имя Адама стало расшифровываться как аббревиатура, в которой каждая буква соответствует начальной букве греческих названий стран света. Та же идея повторена и в древнерусском апокрифе «Како сотвори бог Адама», где говорится, что бог послал ангела взять букву «аз» на востоке, букву «добро» — на западе, а букву «мыслете» — на севере и юге; из них и было сложено имя Адама. Смысл этих мистических дешифровок состоит в том, что как иудаисты, так и ранние христиане видели в мифическом прародителе совершенное космическое существо, по своему строению подобное мирозданию.

Интересно отметить еще один важный мотив. Во многих преданиях, повествующих о первозданных гигантах и прародителях, образовавших своим телом вселенную, подчеркивается, что перед смертью они были растерзаны на части (например, индийский Пуруша, скандинавский Имир, гвинейский Нгабикала). Отзвук того же представления содержится и в легендах об Адаме. В «Книге о рае» сирийского автора Моисея Бар Кефы (ок. 815—903) рассказывается, что Адам был похоронен в Иерусалиме, центре земли. Когда благочестивый Ной, готовясь к потопу, строил ковчег, то он выкопал его кости и прихватил их с собой. После потопа Ной разделил святые мощи между своими сыновьями, наделив каждого из них и землями для местожительства. Голову Адама вместе с лучшими угодьями Ной вручил своему старшему и любимому сыну Симу. Анализируя это предание, нетрудно уловить связь между разделением тела первопредка и разделением земли; следовательно, когда-то они мыслились одним и тем же.

В пользу гигантизма Адама говорит и мусульманская традиция (мусульманство, как известно, восприняло многие мифы иудаизма и христианства, в том числе заимствовало и почитание Адама и Евы). Согласно ей, супруга Адама — Ева имела рост в пятьсот футов: европейский путешественник Генрих фон Мальцам, посетивший в середине XIX в. гробницы «праматери Евы» в Мекке, был поражен гигантскими размерами «захоронения». В одной из средневековых мусульманских легенд рассказывается, что после того, как бог за сорок дней (по другому варианту, за сорок тысяч лет) сотворил Адама, дьявол через рот проник в тело первого человека. Внутри он обнаружил целый «малый мир», подобный настоящей «большой» вселенной. Голова Адама оказалась состоящей из семи сфер, его тело было землей, волосы — деревьями, кости и жилы — горами и реками. Подобно тому как в большом мире существует четыре времени года, так и внутри Адама оказалось четыре стихии — жар, холод, влага и сушь, образованные черной и желтой желчью, флегмой и кровью. Процесс переработки пищи в теле Адама представлял собой полную аналогию созреванию и увяданию злаков в «большой» вселенной.

Христианское вероучение унаследовало от иудаизма мнение, что виной всех бед и несчастий человечества является совершенный Адамом и Евой первородный грех. Искупить этот грех своей смертью должен был Христос, рассматривающийся как основоположник «нового» человечества. Это объясняет, почему фигура Адама часто связывается с Христом. На средневековых иконах, изображающих распятие, у подножия стоящего на Голгофе креста с Иисусом часто рисовался череп Адама. С точки зрения мифологического анализа важно, что Голгофа, в переводе с арамейского буквально означающая «череп» (Адама), представляет собой мировую гору, а крест — символ мирового дерева. Подножие же мировой горы и мирового дерева всегда связано именно с землей.

Отличающиеся в деталях, но близкие по смыслу воззрения присущи и исламу.

Если библейские и мусульманские предания в принципе могли как-то повлиять на мифологию индоевропейских народов, то этого нельзя сказать о древнекитайской религиозной традиции, развивавшейся независимо. Между тем, согласно китайскому мифу, вселенная появилась из тела изначального гиганта по имени Пань-гу. Зародившись в хаосе, подобном куриному яйцу, Пань-гу в течение восемнадцати тысяч лет увеличивался в размерах, вместе с ним росла и вселенная, до тех пор, пока небо не было окончательно отделено от земли. После этого Пань-гу умер, при этом, как сообщается в древнем сочинении, из его тела возникло мироздание. По другому варианту предания, душа Пань-гу стала императором, из костей родились чиновники, а из паразитов на теле — простолюдины. Древние китайцы считали этого легендарного великана не только прародителем всего человечества, но и культурным героем, научившим людей многим полезным вещам, в текстах к его имени почтительно прилагается титул «государь». Позднее сотворение окружающего мира из своего тела стало приписываться и другим персонажам. О легендарном основателе даосизма Лао-цзы древний источник сообщает, что он «изменил свое тело»: левый глаз стал Солнцем, правый — Луной, голова — горой Куньлунь, борода — планетами и небесным пространством, кости — драконами, плоть — четвероногими, внутренности — змеями.

Аналогичные представления мы находим и в архаичной религии бон, возникшей в Тибете задолго до проникновения туда буддизма, а также в древнеегипетских мифах.

Представление о земле как о человекоподобном существе известно и в фольклоре индейцев навахо (Северная Америка): на схематическом изображении она имеет вид женского тела с головой, руками и ногами, символизирующими собой четыре страны света и имеющими сложную космологическую символику. Точно так же, согласно верованиям африканских догонов, земля — это распростертое тело женщины, от соединения этого женского начала с мужским небесным божеством произошло все живое. У индейцев племени тева вселенная рассматривалась в качестве живого существа, которому поклонялись, считая его телом «изначального человека», веря в то, что Млечный Путь — его спинной хребет. Папуасы маринданим верят, что одним из их мифических родоначальников является первочеловек Геб, сын неба и земли, огромный, черный, с телом, подобным камню, живущий в муравейнике (все это однозначно говорит о том, что первоначально он мыслился воплощением земли); по одному из вариантов мифа, Геб столь огромен, что голова его возвышается над Солнцем, а ноги находятся под землей, руки же его простерты на север и юг. Нетрудно догадаться, что перед нами — вселенная в образе человека. На Марианских островах зафиксировано предание о первочеловеке, сестра которого после его смерти превратила его голову и плечи в небо и землю, глаза — в Солнце и Луну, ресницы — в радугу.

В весьма полном виде представления о вселенной как огромном человеческом теле зафиксированы в прошлом у сахалинских нивхов (гиляков). Известный советский этнограф Л.Я. Штернберг, еще в конце прошлого века изучавший культуру этого народа, писал, что по-нивхски вселенная обозначается тем же словом, что и личный человекоподобный бог, и, таким образом, есть лишь форма, принятая этим божеством. «Свой родной остров, — сообщает Л.Я. Штернберг, — гиляк (нивх. — Ред.) называет «миф» (земля). Это живое божественное существо, «голова» которого (мыс Марии) и «подбородок» Пытыкры упираются в Охотское море, а «ноги» — два полуострова в Корсаковском округе, упирающиеся в пролив Лаперуза». Любознательному этнографу довелось однажды перевалить через «подбородок» земли и наблюдать, как его спутники-нивхи с благоговением приносили жертвы божеству. А в 1894 г. Л.Я. Штернберг побывал и на самой «голове» вселенной. Вот как он описывает это событие. «С большими затруднениями, почти без провизии и припасов, с одним куском кирпичного чая и сухарями, добрался я до «головы» земли. Когда я неожиданно сообщил моим спутникам, что я решил взобраться на вершину «головы», чтобы собрать там растения и отбивать камни, моими спутниками овладела паника. Они заклинали меня отказаться от моего «безумного» намерения, которое должно было повести за собой нашу общую гибель». Главная беда, по мнению нивхов, заключалась в том, что у слишком любопытного путешественника не было с собой ничего, что можно было бы принести в жертву божеству. Проблему решили случайно завалявшиеся в кармане леденцы. Ими и было решено задобрить требовательного бога. Спустившись с «головы» земли, исследователь, дабы успокоить своих спутников, так и не отважившихся составить ему компанию, вынужден был присочинить, сказав им, что принес жертву и обратился к богу «головы» с почтительным словом. Все были вполне удовлетворены8.

Чрезвычайно большое число свидетельств буквального очеловечения вселенной сохранилось в фольклоре разных народов. Можно привести десятки примеров, когда Солнце и Луна обозначаются словом «глаза». В легендах и эпических сказаниях земля, горы, долины уподобляются тем или иным частям человеческого тела. Так, древние греки именовали землю-мать «широкогрудой». В алтайском предании героиня живет «под мышкой голубой горы» (то есть в долине). В бурятском эпосе, когда грозный герой скачет на своем чудесном коне, «тело земли» в страхе разверзается. По шорскому поверью, осенью «уши гор» лучше слышат и т. д.

Из всех частей человеческого тела мифы совершенно особую роль приписывают пупу. Вызвано это конечно же тем, что через пуповину ребенок связан с матерью и в силу этого данный орган имеет первостепенное значение. В средние века богословы со всей серьезностью ломали голову над каверзным вопросом — были ли пупы у Адама и Евы? Ведь прародители человечества не рождены женщиной, а созданы по образу и подобию бога, который в свою очередь не знал материнской утробы.

Особая важность пупа в мифологии обусловлена и тем, что он располагается ровно посредине человеческого тела, а понятие центра едва ли не во всех религиях и мифологиях чрезвычайно значимо и даже священно. В якутских сказаниях описывается «блистательный пуп земли», помещающийся в «серебряной середине» мира, на особом медном возвышении, в месте, где никогда не бывает никаких горестей. «Трижды острый» пуп земли знаком и алтайским мифам, согласно которым он находится в центре мировой горы Сумеру, из него же произрастает чудесный железный тополь, макушкой достигающий неба. Кеты когда-то верили, что пупу земли соответствует пуп неба — Полярная звезда. Его считали живым женским существом, и в случае болезни приносили ему в жертву черную собаку. Тибетцы поэтически именовали пупами земли своих сказочных героев, отождествляя их при этом с горами. О пупе небес и «пупе бессмертия» упоминается в «Ригведе». По более поздней легенде, бог Брахма появился из лотоса, выросшего из пупа Вишну, плававшего в безграничных водах изначального океана (Вишну здесь можно понимать как прообраз земли). На том месте, где пролилась кровь из пупа новорожденного Цзонхавы, буддийского вероучителя, по тибетскому преданию, выросло чудесное сандаловое дерево с изображениями различных богов на своих листьях; такие деревья, как мы знаем из мифов, всегда отмечают центр мира.

Настоящий культ земного пупа существовал у древних греков. По словам Платона, Аполлон наставляет людей, «восседая в самом средоточии земли, там, где находится ее пуп». Таким местом греки считали город Дельфы, где находился посвященный Аполлону знаменитый дельфийский оракул. Греки верили, что именно в этом месте Аполлон некогда поразил змея Пифона. Относительно того, каким образом был обнаружен пуп земли, существует следующая легенда. Чтобы определить центр мира, Зевс выпустил с востока и запада двух орлов. Летя навстречу друг другу, птицы встретились в Дельфах, где и был водружен священный омфалос (шарообразный священный камень), а по сторонам от него — золотые скульптуры орлов.

В свете приведенных данных не вызывает удивления, что во многих мифах сотворение мира привязывается именно к пупу земли. В одном из талмудических текстов космогонический акт описывается в следующих словах: «Бог создал мир словно зародыш. Подобно тому как зародыш развивается с пупа, так и бог начал творить мир с пупа, и оттуда распространился он во всех направлениях»9. Рождение человеческого существа и сотворение вселенной уподобляются и приравниваются друг к другу, миф видит в них явления одного порядка.

Мистика микрокосма

Уходящие корнями в глубину веков мифы послужили основой для необычайно популярной в древности и средние века концепции микрокосма и макрокосма. Представление о микрокосме лучше всего известно из античной традиции, получившей свое развитие в культуре европейского средневековья, в искусстве и философии эпохи Возрождения и Нового времени. А.Я. Гуревич, специально исследовавший эту проблему на европейском материале, дает следующее определение: «Микрокосм не просто малая часть целого, не один из элементов вселенной, но как бы ее уменьшенная и воспроизводящая реплика. Согласно идее, высказывавшейся и богословами и поэтами, микрокосм столь же целостен и завершен в себе, как и большой мир. Микрокосм мыслился в виде человека, который может быть понят только в рамках параллелизма «малой» и «большой» вселенной»10.

Подобные представления хорошо были известны не только в Западной Европе, о них рассуждали и древнерусские книжники, дававшие типичное толкование микрокосма: «Богословцы реша, яко человек есть вторый мир мал: есть бо небо и земля, и яже на небеси, и яже на земли, видимая и невидимая — от пупа до главы яко небо, и паки от пупа дольняя его часть яко земля; ибо земля имеет силу рождательскую и прохождение вод...; тако и в сей нижней части человека сия суть. Паки же в горней части его, яко на небеси светила, солнце и луна, гром, ветр, лице и в человеке и во главе, очи и глас и дыхание и мгновение ока, яко молния скорошественно, наипаче же всех уш, вся видяй, видимая и невидимая, и обдержа яко горстию, скорошествен, проходя невозбранно небо и землю»11. Мнение о тождестве микрокосма макрокосму нашло отражение в европейской философии, астрологии, литературе, прикладном искусстве средневековья. В рукописных церковных книгах можно встретить изображения макрокосма в виде круга, символа вечности, в руках у женщины, обозначающей саму Природу; внутри круга помещен микрокосм — человек, несущий в себе небеса и землю, таящий в себе все вещи мира. Иногда человек-микрокосм рисовался в окружении планет и мировых стихий — огня, воды, земли и воздуха. Поэты описывали природу-вселенную в облике женщины в диадеме со звездами зодиака и в одеждах, украшенных фигурами птиц и зверей, расположенных в порядке творения их богом.

На первых порах и зарождавшаяся наука многое заимствовала из древнего мифологического наследия. Недостаток достоверных знаний и дань традиций порой вынуждали первых ученых повторять вымыслы предшественников, придавая им видимость научных концепций. В античной традиции идею о соотнесенности отдельных частей человеческого тела и их функций с архитектоникой вселенной, в первую очередь с семью небесными сферами и прикрепленными к ним семью планетами, можно встретить уже у Птолемея. По его мнению, Сатурну соответствуют правое ухо, мочевой пузырь, флегма, кости; Юпитеру — осязание, легкие, артерии, семя; Марсу — левое ухо, почки, вены, тестикулы; Солнцу — глаза, мозг, сердце, нервы, все главные органы; Венере — обоняние, печень, «шишка ясновидения», мышцы; Меркурию — язык, желчь; Луне — вкус, желудок, матка. Другой позднеантичный мыслитель, Прокл, связывал с определенными звездными сферами и планетами уже не части тела, но различные стороны человеческого духа. Он считал, что неподвижные звезды управляют интеллектуальной жизнью человека: Сатурн — созерцанием и размышлением, Юпитер — политическими и социальными инстинктами, Марс — страстями, Солнце — способностью восприятия, Венера — желаниями, Меркурий — даром речи, Луна — половым инстинктом.

В средневековье подобные воззрения приобрели наибольшую популярность. Ими буквально наводнены астрологические, алхимические, философские и иные трактаты. В каббалистическом12 сочинении «Сефер Иецира», созданном во II в. до н. э. и получившем особую популярность в позднее средневековье, утверждается, что мир состоит из трех элементов: антагонистов — огня и воды, первый из которых образовал субстанцию неба, а второй — моря, и разъединяющего их воздуха. Каждый из этих трех элементов управляет одним временем года — жарким летом, дождливым сезоном и холодной зимой, каждый соответствует основной части человеческого тела: огонь — голове, вода — груди, воздух — животу.

Средневековая мистика оказала свое влияние на ряд естественных наук, особенно на астрономию и медицину. На основе концепции тождества микро- и макрокосма выросла так называемая астрологическая медицина, делившая все человеческое тело с головы до ног в соответствии с двенадцатью зодиакальными созвездиями. Широкое распространение получили изображения человеческой фигуры с анатомически показанными внутренностями, стрелками соединенными с тем или иным созвездием. Так, например, Водолей связывался с голенями, Стрелец — с бедрами, Близнецы — с плечами, Телец — с органами дыхания и т. д. Считалось, скажем, что нельзя делать операцию на той части тела, в знаке зодиака которой находится Луна, ибо влажность этого светила может вызвать ревматизм и воспаление. Точно так же нельзя было прописывать слабительное в то время, когда Юпитер находится в соединении с другими планетами, поскольку умеренная сущность Юпитера якобы помешает действию лекарства. Отголоски подобных лженаучных домыслов, к сожалению, и поныне довольно широко бытуют среди определенной части населения (особенно на Западе) в качестве суеверий и предрассудков. Такова, например, вера в то, что характер, склонности и даже судьбу человека можно предсказать путем составления гороскопа, определяющего положение звезд в момент рождения и «анализирующего» сущность покровительствующих человеку созвездий. Занимающиеся этим «звездочеты» недалеко ушли от религиозных представлений глубокой древности!

Не меньшей известностью концепция микро- и макрокосма пользовалась на Востоке, где она развивалась вне связи с западной традицией, как, например, в Китае. Соответствие микрокосма макрокосму зафиксировано уже в древнейшей китайской гадательной «Книге перемен», где небо уподобляется голове, а земля — животу. Комментарий к этому сочинению поясняет, что голова относится к ян, благородна и, подобно небу, находится вверху, живот же принадлежит инь13 и потому расположен ниже. В другом древнекитайском сочинении утверждается, что тело человека состоит из связанных друг с другом восьми частей, которые, согласно комментарию, соответствуют восьми триграммам14 и восьми ветрам (странам света): голова — югу, бедро — юго-западу, руки — северо-западу, ноги — северо-востоку, глаза — востоку, рот — юго-востоку и т. д.

Древние китайцы настолько были уверены в истинности идеи о тождестве микро- и макрокосма, что использовали ее в своих космологических концепциях. Так, астроном III в. Яо Синь для доказательства наклона земной оси в сторону юга приводил следующий аргумент: поскольку человек более всех созданий соответствует по своему строению небу, то, значит, что верно для человека, то должно быть верным и для неба. Человек может опустить подбородок на грудь, но не может прижать свой затылок к спине (по китайской символике грудь соответствует югу, спина — северу), следовательно, небеса прижаты к земле на юге и приподняты на севере, то есть земная ось наклонена к югу.

* * *

На ранних этапах развития религии представления о микрокосме не идут дальше наивного очеловечения одушевленной природы, которая в лучшем случае понимается как человеческое тело. Воззрения эти зачастую размыты и отрывочны, а сама вселенная-человек рисуется существом аморфным и пассивным. Преобразование архаичных взглядов на мир в сложную систему особенно интенсивно происходит в эпоху классовых обществ, именно тогда учение о микрокосме приобретает свой классический облик. На этом этапе тождественной человеку мыслится не только природа, но — что очень важно — и само общество, государство, уподобляемое телу верховного владыки.

Примечания

1. Джайнизм — индийское религиозное течение, возникшее до н. э., называется так по имени легендарного вероучителя Махавиры Джины.

2. Зороастризм (по имени пророка Зороастра — Заратуштры) — религия древних иранцев, сохранившая немногочисленных последователей и по сей день.

3. Орфизм (по имени мифического певца Орфея) — религиозно-мистическое учение/ возникшее в VI в. до н. э. в Греции.

4. Цит. по: Лосев А.Ф. Античный космос и современная наука. М., 1927, с. 25—26.

5. Щапов А.П. Соч., т. 1, с. 102.

6. Там же.

7. От греч. «апокрюфос» («запрещенные») — священные книги раннего христианства, впоследствии отвергнутые церковью и не вошедшие в канон («Отреченные книги»).

8. См.: Штернберг Л.Я. Первобытная религия в свете этнографии. Л., 1936, с. 31—36.

9. Eliade M. The Myth of the Eternal Return. London, 1955, p. 16.

10. Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. М., 1972, с. 52.

11. Щапов А.П. Соч., т. 1, с. 102.

12. Каббала — первоначально — книги пророков и устная традиция, позже, с VIII в., — мистическое учение, распространившееся среди приверженцев иудаизма.

13. Ян (мужское начало) и инь (женское начало) — два основополагающих принципа традиционной китайской космологии и философии.

14. Триграммы — мистические знаки из непрерывных и прерывистых черт, игравшие большую роль в древнекитайской схоластике.

«Кабинетъ» — История астрономии. Все права на тексты книг принадлежат их авторам!
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку