Материалы по истории астрономии

На правах рекламы:

Купель с подогревом уличная купель.

• Телефоны купить в Краснодаре: многоканальные телефоны Краснодара krasnodar.sipout.net.

Многоэтажная вселенная

В современной разговорной речи нередко можно встретить выражение «быть на седьмом небе», означающее крайнюю степень восторга, счастья, радости, и никто из нас, вероятно, не задумывается над его первоначальным смыслом. Точно так же, употребляя привычное с детства слово «небеса», мало кто обращает внимание на то, что оно представляет собой форму множественного числа от слова «небо». Никому не приходит в голову удивиться, почему небо вдруг представляется множественным. Между тем вопрос этот вовсе не праздный: в далеком прошлом названное выражение понималось не в переносном смысле, как сейчас, а совершенно буквально. Люди верили в то, что существует несколько лежащих одно над другим небес; язык же сохранил для нас эти свидетельства.

Сказанное относится не только к небу. В религиозно-мифологической картине мира самых разных народов множественной мыслилась и сама земля, и подземные пространства преисподней. Такую вселенную образно можно сравнить с многоэтажным зданием, верхние этажи которого соответствуют небесам, населенным богами, средние — земле, обиталищу людей, а нижние отданы всевозможным демонам и злым духам. Такое сравнение, кстати сказать, находит себе подтверждение в многочисленных мифологических текстах, где сотворение вселенной приравнивается к строительству царского дворца или храма, а сам творец рисуется в облике ремесленника, вооруженного циркулем, угольником, молотком и иными плотницкими инструментами. Следы подобных представлений обнаруживаются в античной Греции, на Ближнем Востоке, в Индии, Китае, Центральной Азии, а также в религиозных традициях других регионов.

Библия и ислам

Концепция «многоэтажной» вселенной уходит корнями в глубокую древность, в наиболее архаичные пласты религиозно-мифологического сознания. В то же время она отчетливо видна и в таких развитых религиях, как христианство, ислам, буддизм. Начнем с библейской картины мира. Связного описания вселенной мы в Библии не найдем. Его можно лишь реконструировать, собрав и сравнив разбросанные там и сям упоминания, намеки и косвенные свидетельства. Поскольку Библия составлялась долгое время и разными лицами, она вобрала в себя различные, часто противоречивые, воззрения. Соответственно, в ней обнаруживаются следы космологических схем, отличающихся одна от другой важными деталями. В общих же чертах библейская космология имеет следующий вид.

Прежде всего, выясняется, что авторы Библии представляли себе мироздание состоящим из трех главных подразделений — неба, земли и преисподней. Указания на это неоднократно встречаются в библейских текстах. Так, в книге Исход (20:4) говорится о «небе вверху», «земле внизу» и «воде ниже земли». Первобытные воды здесь отождествляются с нижним миром, об этом же сообщается в Псалтири (135:6): «Утвердил (бог. — В.Е.) землю на водах». Представление о тройственной вселенной характерно и для Нового завета. В послании апостола Павла к филиппийцам (2:10) читаем: «...пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних». Понимать это надо так, что Христос владычествует над всем миром. В Апокалипсисе же (5:13), когда говорится обо всех созданиях, перечисляются существа, находящиеся «на небе и на земле, и под землею, и на море». На этих примерах видно, что три сферы мироздания для новозаветных авторов являются главными структурными элементами космоса.

Средний мир, земля, мыслится круглым диском, плавающим в Мировом океане: бог, согласно пророку Исайе (40:22), «восседает над кругом земли». В мифологии многих народов изначальные хаотические воды, из которых творится мир, олицетворяются в облике космического дракона, в процессе миротворения побеждаемого богом. Отзвуки этого обнаруживаются в Апокалипсисе (20:1—3): «И увидел я ангела, сходящего с неба, который имел ключ от бездны и большую цепь в руке своей. Он взял дракона, змия древнего, который есть диавол и сатана, и сковал его на тысячу лет, и низверг его в бездну, и заключил его, и положил над ним печать». Мотив преисподней в образе ужасного змея пользовался широкой популярностью в христианской иконографии: на множестве икон и картин ад рисуется как разверстая пасть дракона, пожирающего души грешников. Эти представления примечательны тем, что находят большое число параллелей и аналогий в мифах различных народов, согласно которым земля покоится на спине змея или иного подобного ему чудовища.

Наряду с этим в Библии содержится и другое представление о преисподней. В некоторых ветхозаветных текстах она изображается наподобие города (или дома), имеющего ворота, именуемые «вратами смерти» (Пс., 9:14). Сообщается и о «столпах», поддерживающих землю и помещающихся, надо думать, в преисподней (Пс., 74:4).

Библейская картина мира, как уже говорилось, не отличается четкостью. В частности, для обозначения преисподней в Библии используются различные термины, имеющие, соответственно, разное содержание. Чаще всего в этом смысле употребляются древнееврейские слова «шеол» и «геенна», а также греческое1 «гадес» (другое чтение — «аид»; отсюда, кстати, русское «ад»). Шеол — это подземное обиталище мертвых, отождествляемое с глубиной и мраком. Туда после смерти попадают все без исключения люди. Видимо, представления о шеоле еще не подверглись воздействию идеи о посмертном воздаянии, поэтому их следует считать наиболее древними. По мере развития социальных отношений и самой религии картина усложняется, соответственно, начинается различаться и посмертная судьба праведников и грешников. Так, например, согласно Евангелию от Луки (16:19—31), преисподняя разделена глубокой пропастью на две части: в одной из них, в аду, мучаются души неправедных, в другой же, именуемой «лоно Авраамово»2, нищие и униженные, бедствовавшие при жизни, получают отдохновение за свои страдания в земной юдоли.

Еще более отчетливо идея о посмертных карах за грехи выражена в понятии «геенны огненной». Буквально слово «геенна» переводится как «долина Хинном», так в древности, еще задолго до новой эры, именовалась долина, располагавшаяся к юго-западу от Иерусалима. Иудейские цари, как о том свидетельствует сама Библия, время от времени совершали здесь, в святилище Молоха, обряды со сжиганием людей, вызывая тем праведный гнев бога Яхве. С течением времени долина Хинном превратилась в место, куда стаскивали и сжигали всевозможные отбросы. Позднее это нечистое и проклятое место стало представляться как один из входов в преисподнюю и даже стало ее синонимом.

Небо в Библии изображается в виде железного купола, опрокинутого над землей. В книге Иова (37:18) сказано: «Распростер небеса, твердые, как литое зеркало». Края небес соприкасаются с краями земли. Подобно тому как преисподняя часто отождествляется с первозданными водами, так же и над сводом небес помещается небесный океан, воды которого в виде дождя время от времени изливаются через специальные окна, имеющиеся в небосводе. В качестве опор неба выступают горы, уподобляемые в Библии столпам, поддерживающим землю. По новозаветным представлениям небеса — место пребывания ангелов и бога-отца, восседающего на особом троне. По правую руку от него находится Христос, вознесшийся на небо после казни на кресте и воскресения. Если подземный мир — это место безрадостного существования или даже мучений, то небо в противоположность ему мыслится как прибежище для особо отличившихся перед богом праведников, именно там помещается христианский рай.

В описании небес Библия столь же непоследовательна, как и в вопросе о преисподней. По крайней мере, ясно одно: небес несколько, как минимум — два. Здесь интересно отметить буквальное совпадение с аналогичными древнеегипетскими представлениями, согласно которым также существует два неба — верхнее и нижнее. На религиозных изображениях они представлялись в виде двух богинь Нут (Нут — древнеегипетское олицетворение неба), склонившихся одна над другой.

В Новом завете совершенно недвусмысленно заявляется, что небес три. Во втором послании к коринфянам апостола Павла (12:2—5) приводится любопытный рассказ. Апостол сообщает, что знаком с неким «человеком во Христе»3, который за четырнадцать лет до момента повествования будто бы был вознесен (надо полагать, ангелами) до третьего неба. Исходя из общей картины, рисуемой евангелиями, можно предположить, что первое небо — это металлический небосвод, а второе — небесный океан. Эта традиция получила развитие во внеканонической христианской литературе. Так, например, в славянском апокрифе «Хождение богородицы по мукам» говорится уже о семи небесах.

Библейские представления о структуре вселенной перекликаются с космологическими воззрениями других древних народов Ближнего Востока. Так, имеются черты сходства с ханаанейской мифологией, созданной исконными обитателями Палестины, населявшими этот край до прихода туда древних евреев. Но еще больше совпадений обнаруживается при сравнении библейской картины мира с вавилонской космологией. И это неудивительно, ибо самобытная и чрезвычайно богатая духовная культура Вавилона оказала мощное воздействие на все народы этой части земного шара. По представлениям вавилонян, весь мир окружен безбрежным космическим океаном (сравним с этим библейские первозданные воды, охватывающие землю и небо снизу и сверху). Кроме него существует и земной океан, в центре которого помещается населенная людьми земля, имеющая вид круглой горы с семью уступами. Под земным океаном располагаются два подземных царства. В первом из них владычествует бог Эа, а второе, нижнее, представляет собой преисподнюю, куда после смерти отправляются умершие. Здесь, в огромном дворце, окруженном семью толстыми стенами, правит царица Эрешкигаль, возглавляющая сонм подземных богов Ануннаков. Наконец, небеса, густо населенные богами и всевозможными духами, простираются над землей людей наподобие свода и состоят из трех (по другому варианту — из семи) слоев.

Так же как в вавилонской и библейской космологиях, на три части — небо, землю и преисподнюю — делят мироздание и мусульманские богословы. Коран сообщает, что небо было создано Аллахом в течение двух дней. Более поздние сочинения добавляют фантастические подробности: первоначальная материя под взглядом бога будто бы превратилась в воду, которая, закипев, стала паром. По всевышнему повелению сгустившийся пар образовал семь небес, каждое толщиной в пятьсот пятьдесят лет пути и располагающееся одно над другим. Все семь небес имеют свое предназначение, свой цвет и качества, населены ангелами соответствующих разрядов.

Однако только этим небесная топография верхних этажей вселенной не исчерпывается. Согласно мусульманской традиции, над верхним, седьмым, небом простирается океан, над которым помещается рай. Сотворенный Аллахом из света, он в свою очередь делится на восемь ярусов. Подобно небесам, каждый из ярусов рая имеет свое наименование и отличается присущими ему особенностями. В Коране одно из обозначений рая — «джанна», то есть буквально «сад», но, согласно более поздним источникам, он имеет черты, сближающие его с небесным городом: в раю есть дома и улицы, в него ведут несколько ворот. Удовольствия, ожидающие там праведников, носят полностью чувственный характер: это — наслаждение райской пищей и питьем, любовью небесных красавиц — гурий. Высшее блаженство ожидает удостоенных попасть на самый верхний этаж рая, ибо непосредственно над ним располагается трон самого Творца вселенной.

Подобно семи небесам, земля также делится на семь этажей, каждый из которых отделен от другого воздушным пространством. На верхнем из них, обращенном своей поверхностью к нижнему небу, обитают люди. Чем ниже располагается ярус земли, тем больше он походит на ад. Но собственно мусульманский ад, именуемый в Коране словом «джаханнам» (арабизированная форма древнееврейского «геенна»), находится еще ниже. Он также разделен на семь этажей, промежутки между которыми составляют сто двадцать лет пути. Первое из отделений ада предназначено для лицемеров, во втором подвергаются мучениям египетский фараон и его приближенные4, в третье помещены безбожники, четвертое отведено для колдунов и чародеев, в пятом мучаются христиане, в шестом — звездопоклонники. Наконец, седьмое, самое нижнее отделение ада предназначено для последователей Аллаха, сбившихся с пути и совершивших те или иные грехи. Для шести верхних этажей ада наказания в основном связаны с огнем, тогда как самый нижний ярус отличается необычайным холодом. Кроме того, сообщается, что муки нижнего ада самые легкие, видимо, потому, что в нем заключены мусульмане, которым, несмотря ни на что, все же не отказано окончательно в надежде рано или поздно попасть в рай, после того как они искупят свои прегрешения в адских муках.

Итак, мусульманская космология, как она изложена в поздних источниках (в самом Коране ее основы только намечены), делит мироздание на двадцать девять этажей. Столь сложная система, безусловно, результат искусственной разработки изначально более простой трехчленной схемы. Более того, в значительной части мусульманская картина мира попросту заимствована из позднего иудаизма. Вместе с тем, вероятно, нельзя отрицать и того факта, что заимствованные элементы органично наложились на принципиально сходные представления о многоэтажной вселенной, искони известные арабам.

Космос Данте и гармония сфер

Древние религиозно-мифологические представления о вселенной были унаследованы средневековьем. Как в западных, так и в восточных странах появилось большое число разнообразных трактатов, развивающих и углубляющих древнюю картину многоярусного мироздания. Их авторы опирались, с одной стороны, на натурфилософскую традицию, шедшую из античности и пытавшуюся рациональными средствами объяснить окружающий мир. Другим источником такого рода космологических построений служили мифологические предания, фольклор, а зачастую и просто собственная фантазия авторов. Со временем концепция многоэтажной вселенной обросла множеством удивительных подробностей и деталей. В своем наиболее полном и разработанном виде она нашла отражение в «Божественной комедии», принадлежащей перу великого итальянского поэта и мыслителя Данте Алигьери (1265—1321). В этом монументальном произведении Данте подробнейшим образом описывает свое воображаемое путешествие по иному миру, совершенное им под руководством задолго до того умершего римского поэта Вергилия. Поэт рисует грандиозную картину гармонического космоса, размышляет над судьбой и природой человека, в конечном счете ищет смысл человеческого бытия. Но нас в данном случае интересует не столько содержание этого гениального произведения мировой литературы, сколько его форма, отражающая миросозерцание эпохи средневековья.

Путешествие Данте начинается с осмотра ада, который в «Божественной комедии» изображается как подземная воронкообразная пропасть; сужаясь, она доходит до центра земли. Склоны пропасти опоясаны кольцеобразными уступами — знаменитыми дантовыми кругами ада. Всего этих кругов девять. Восемь из них связаны с тем или иным персонажем или реалией античной мифологии (Лимб, Минос, Цербер, Плутос, Стигийское болото, Минотавр, Злые Щели, Коцит). В первом, самом ближнем к земле, круге ада, Лимбе, пребывают души младенцев, умерших некрещенными, а также добродетельные мужи древности (в том числе Адам и ветхозаветные праведники), жившие до появления Христа и потому оставшиеся во мраке язычества. Однако поскольку их вина невольна, страдания их наиболее легкие среди адских мук. Все человеческие грехи, за которые на том свете полагается наказание, Данте распределил по прочим кругам ада: в их числе сладострастие, чревоугодие, скупость, расточительство, гневливость, ересь, различные виды насилия и др. Восьмой круг ада в свою очередь делится на десять рвов, где мучаются мздоимцы, лицемеры, прорицатели, воры, лукавые, фальшивомонетчики и им подобные. Самый нижний, девятый круг, именуемый Коцитом по расположенному там ледяному озеру (сравним самый нижний, ледяной ад в мусульманской мифологии), состоит из четырех поясов и заключает в себе предателей всех сортов (например, библейского братоубийцу Каина). Еще ниже находятся три пасти Люцифера, терзающие самых гнусных из грешников — Иуду, предавшего Христа, и Брута с Кассием, убивших Юлия Цезаря, то есть покусившихся на установленную самим богом царскую власть.

В Южном полушарии Земли, посреди Океана, прямо над адом возвышается чистилище — особое место, куда после смерти попадают все души умерших, чтобы затем пойти оттуда либо в ад, либо в рай5. Чистилище у Данте имеет вид огромной горы с усеченной вершиной, на которой помещается земной рай (согласно библейской легенде, сад Эдема, где первоначально жили прародители человечества — Адам и Ева, находился на земле). Нижняя часть этой горы образует предчистилище, верхняя, как и ад, разделена на ярусы, только число их семь. Наконец, в небесной выси располагается третья структурная часть дантовой вселенной — рай. Он также делится на этажи: первый, самый нижний, — это небо Луны, за ним следуют небеса прочих светил — Меркурия, Венеры, Солнца, Марса, Юпитера и Сатурна. Над всеми ними помещается восьмое, звездное небо, а еще выше — кристальное небо, именуемое перводвигателем, ибо оно приводит в движение все другие небеса. Превыше же всего — десятое небо, Эмпирей (от греч. «пламенный»), пребывающее вечно неподвижным и служащее обителью бога.

Деление неба на сферы в соответствии с планетами встречается не только у Данте и не только в средневековой Европе. Можно было бы привести много примеров, но ограничимся одним. В известной поэме «Семь красавиц», написанной в конце XII в. великим азербайджанским поэтом Низами, семь самостоятельных новелл. Каждая из них рассказывается от лица одной из семи жен главного героя — Бахрама. Жены живут в особых дворцах, цвет которых соответствует определенному дню недели и планете, покровительствующей этому дню. Порядок их таков: суббота — черный цвет — планета Кейван (Сатурн), воскресенье — желтый цвет — Солнце, понедельник — зеленый цвет — Мах (Луна), вторник — красный цвет — планета Маррих (Марс), среда — синий цвет — планета Утарид (Меркурий), четверг — сандаловый цвет — планета Муштари (Юпитер), пятница — белый цвет — планета Зухра (Венера). Одеваясь в одежды соответствующего цвета, Бахрам каждый день посещает один из дворцов и выслушивает одну из историй. Его путь символически означает движение вверх по небесным этажам, от грубой чувственности к идеальной любви, от незнания (черный цвет) к знанию (белизна).

Космологические представления, легшие в основу концепции небесных сфер, восходят к античности. Широкую известность они получили благодаря чрезвычайно популярному в древности и средневековье сочинению «Альмагест», написанному греческим математиком и астрономом Клавдием Птолемеем (II в.), автором геоцентрической системы мира, согласно которой в центре мироздания покоится земля, а вокруг нее обращается твердый сферический небосвод. Каждая из планет и светил находится на определенном расстоянии от земли и помещается на своей собственной сфере. Авторитет Птолемея оставался незыблемым в течение чуть ли не полутора тысяч лет, вплоть до гениального открытия Коперника, заложившего основы современных научных представлений о строении вселенной.

Но и Птолемей в своем геоцентризме и учении о сферах не был вполне оригинален. За много столетий до него подобную же концепцию развивал древнегреческий философ Платон. По учению Платона, бог-демиург, «дабы определять и блюсти числа времени», сотворил Солнце, Луну и пять планет, поместив их на семь кругов, по которым они и совершают свое обращение. Ближе всех к земле расположен круг Луны, затем идут круги Солнца, Утренней звезды (Венера) и Гермеса (Меркурий). Космос в целом сферичен и замкнут. В одном из своих сочинений Платон приводит интересный миф. Некто по имени Эр, побывавший на том свете и вернувшийся оттуда невредимым, рассказывает, что видел космическое веретено богини Ананки (буквальный перевод этого имени — Необходимость). Ось веретена — это «ось мира», а само оно образовано восемью вложенными друг в друга полусферами. Ананка вращает его между своими коленями, приводя в движение вселенную. Веретено являет собой модель мира, его устройство отвечает сферическому строению космоса (семь планетарных сфер плюс сфера неподвижных звезд). Каждая сфера имеет свой цвет, соответствующий цвету ее планеты, ей приписывается определенное числовое значение. Соотношение этих чисел образует гармонию космоса. Однако одними только числами космическая гармония не исчерпывается. На каждом из кругов веретена восседает мифическая сирена, издающая звук определенной высоты. Сочетание восьми звуков дает музыкальную октаву.

Еще до Платона учение о космической гармонии сфер разрабатывали пифагорейцы — последователи древнегреческого математика и философа Пифагора. Особое внимание ими уделялось числовым и музыкальным соотношениям сфер. Пифагорейцы утверждали, что, двигаясь сквозь эфир, планеты издают звуки в зависимости от своих размеров и скорости. Самый низкий звук принадлежит Сатурну, а самый высокий и пронзительный — Луне. Правда, из-за удаленности планет космическая музыка недоступна человеческому уху. По преданию, лишь Пифагор, отличавшийся чрезвычайно тонким слухом, мог воспринимать вселенскую мелодию сфер. Все эти сведения сохранились в изложении Аристотеля, считавшегося в средневековой Европе «королем философов». Благодаря этому идее гармонии сфер была суждена долгая жизнь, дань ей отдали многие, в том числе и серьезные астрономы. В ее реальности был искренне убежден, например, великий Кеплер.

Толчком, побудившим античных мыслителей заняться учением о небесных сферах, были естественнонаучные наблюдения. В основу этой концепции легли размышления о причине и характере движения звезд и планет, поиски рационального объяснения устройства вселенной.

Выше было рассказано о космологических воззрениях народов, создавших высокоразвитую духовную культуру. Разработанные ими модели мироздания базировались на длительной мифологической традиции, творившейся многими поколениями жрецов и мыслителей. А как представляли себе вселенную народы, стоящие на иных, не столь высоких ступенях культурного развития?

По мифологии вьетнамских мьюнгов, мир состоит из трех слоев. Средний из них называется Муонг Пуа, что дословно значит «равнинная земля». Это обитель людей. Над ней мьюнги помещают «небесную землю» Муонг Клои, где правит Небесный владыка. В его распоряжении находится целый аппарат, состоящий из множества духов. Нижний мир делится на две отличные друг от друга части. Близкие по смыслу представления существуют и у даяков острова Калимантан. По их мнению, вселенная также имеет трехчастную структуру. Люди живут в центральной зоне космоса, на самой окраине которой располагается царство божества удачи. В подземном мире владычествует главное даякское божество — Пуланг Гане, — покровительствующее земледелию и дарующее людям урожай. Верхняя зона космоса — это обитель вещих птиц и бога войны Сенгаланг Буронга, имеющего облик коршуна или орла. К космологии даяков примыкает картина мира филиппинских ифугао, верящих в то, что ниже земли живых людей находится «иной мир», куда можно попасть через глубокие пещеры, а небесное пространство образует третий, высший этаж мироздания — царство духов.

Широчайшее распространение многоэтажная модель вселенной имеет в архаичных религиозных верованиях коренных народов Сибири. Так, обитающие на крайнем северо-востоке азиатского материка коряки в прошлом считали, что вселенная состоит из пяти ярусов. Одна из народностей Дальнего Востока нашей страны, нанайцы, верила в то, что вселенная строится из девяти сфер — трех верхних, трех средних и трех нижних. Многоярусным представляли себе мироздание и кеты, небольшая и глубоко самобытная народность с берегов Енисея. Семиярусное небо, по представлениям кетов, — это выделанная шкура огромного оленя. В небесных мирах все так же, как и на земле: живут и ведут свое хозяйство небесные люди, подобные самим кетам. Иногда они спускаются на землю, но при этом остаются невидимыми для настоящих земных людей. Появление небесных пришельцев, как правило, приносит с собой беды и болезни, и поэтому земные шаманы с помощью специальных магических церемоний отправляют их обратно на небо.

У ненцев, живущих на северо-западе Сибири (а частично и в европейской части нашей страны), вселенная также делилась по вертикали на три зоны.

Остается сказать, что представления о вселенной как грандиозном многоэтажном сооружении на определенном этапе развития религии и мифологии были присущи чрезвычайно широкому кругу народов практически всего мира. Даже беглый обзор имеющихся свидетельств составил бы объемистую книгу. В развитых культурах эти воззрения уже давным-давно утратили свою актуальность, и их следы сохранились лишь в фольклоре.

* * *

Осмысление всего комплекса сведений позволяет подвести некоторые итоги. Прежде всего, не вызывает сомнения, что концепция многоэтажной вселенной универсальна, то есть самостоятельно появилась в самых различных культурах мира, а не исходит из какого-либо общего источника. Ее возникновение знаменует собой определенный этап развития религиозно-мифологических представлений о вселенной. Очевидно и то, что это одна из наиболее архаичных космологических моделей, так как мы встречаем ее уже на весьма ранних стадиях религиозного сознания. В связи с этим примечательно, что картина мира, предлагаемая мировыми религиями, принципиально ничем не отличается от первобытных религиозных верований. Иначе выглядят лишь те или иные конкретные детали, образы, понятия, наслоившиеся за долгое время, общая же схема, в соответствии с которой мыслится устройство вселенной, та же, что и в архаичных представлениях. В то же время было бы ошибкой ставить здесь знак равенства. Функционируя в иных социальных и исторических условиях, мировые религии существенно трансформировали исходные, первобытные по сути воззрения. Важнейшим из привнесенных ими нововведений следует считать идею посмертного воздаяния, воплотившуюся в представлении об аде и рае. Акценты, которые в первобытных религиях только намечены, получают свое развитие и логическое завершение. Однако даже и в этом пункте наибольшего расхождения можно найти следы былого сходства: вспомним лишь, что тот же библейский нижний мир далеко не сразу превратился в ад христианской мифологии.

Сопоставление разных вариантов многоэтажной модели космоса дает возможность не просто говорить о ее универсальности, но и позволяет искать ее истоки. Где же они? Одно из существующих объяснений видит причину появления этой космологической концепции в наблюдениях древних за звездным небом. Согласно этой точке зрения, следя за движениями планет по ночному небу, люди в разных концах мира независимо друг от друга пришли к выводу о наличии нескольких небесных сфер-этажей — по числу планет и иных космических объектов (светил, звезд, комет). Этим же будто бы объясняется и особая роль числа «семь» во многих культурах мира, ибо «семь» — это число пяти планет, которые были известны людям в те далекие времена, и двух светил — Солнца и Луны.

Гипотеза как будто бы не беспочвенная. Но можно возразить, что представления о многоярусном небе встречаются и в культурах (преимущественно архаичных), вполне равнодушных к звездным тайнам (например, древние индийцы эпохи вед, судя по всему, не имели понятия о планетах). И как связать с планетами те модели, где небес не семь и не пять, а, скажем, три или два? Предположение, что человек, внимательно наблюдая за небом, заметил лишь две-три планеты и «пропустил» остальные, выглядит по меньшей мере странно. Далее. Как с такой точки зрения объяснить множественность нижних ярусов мироздания? Допустить, что они творились по аналогии с этажами небесного, «главного» мира? Допустим и это, но остается еще один, самый важный аргумент: совершенно ясно, что в основе многоэтажной модели лежит трехчленная схема — небо, земля, преисподняя. Из этого следует, что множественность небес и подземных миров — результат долгой эволюции. «Звездная» гипотеза, таким образом, права лишь отчасти, ибо вопрос, откуда взялось представление о трехслойной вселенной, она оставляет без ответа.

Можно, конечно, предположить, что понятие трехслойного космоса отражает повседневные представления о верхе, середине и низе. Но в таком случае совершенно неясно, почему столь обыденное наблюдение легло в основу сложных религиозно-мифологических построений. Объяснение должно быть иным. Если мы присмотримся к многоэтажной модели повнимательнее, то заметим, что миров в ней даже и не три, а, в сущности, два. Один из них — реальный, физический мир, в котором живут люди, а второй — фантастический, «иной» мир богов, духов и покойников. Такое подразделение лежит в основе всякой религии вообще и, по-видимому, является одной из древнейших идей первобытного сознания.

Примечания

1. Новый завет, в отличие от Ветхого, написан по-гречески.

2. Авраам — легендарный патриарх, мифический прародитель еврейского народа; лоно — место на коленях или за пазухой; таким образом, «лоно Авраамово» можно понимать как место детей в объятиях своего отца.

3. Павел, очевидно, имеет в виду самого себя; упоминание о себе в третьем лице — характерная стилистическая особенность новозаветных сочинений.

4. Этот мотив заимствован исламом из иудаизма: по Библии, фараон чинил всяческие козни евреям во время их пребывания в Египте.

5. Представление о чистилище принято католической церковью, но отрицается в православии.

«Кабинетъ» — История астрономии. Все права на тексты книг принадлежат их авторам!
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку