Материалы по истории астрономии

На правах рекламы:

Подберите стеллажную систему для своего бизнеса у нас на https://www.aveto.ru.

Философская Основа Греческой Астрологии

Прежде чем приступить к исследованию того, как соотносилось новое научное восприятие небес с астрологией, мы должны сделать отступление, чтобы задать вопрос: почему астрология имела значение для Греков? Почему люди, вовлеченные в процесс развития исключительной формы рациональной, аналитической философии, не знакомые с традицией астральной религии, так горячо увлеклись астрологией? Почему, словами одного историка, астрология «напала на Эллинский ум, как новая болезнь на жителей отдаленного острова»? Нам кажется, что это произошло потому, что, в дополнение к астрономии, на Ближнем Востоке Греки нашли новую для себя форму религиозной философии, произведшую на них глубокое впечатление и побудившую их принять и развивать доктрину астрологии.

Ранняя религия Греков в малой степени обладала тем, что мы можем назвать духовностью, как таковой. Их космология была незрелой, а божества обладали человеческими характерами и сверхчеловеческими возможностями; они могли быть настолько же придирчивы, эгоистичны и лживы, как и любой смертный. Эти несовершенные божества начали править после сотворения мира, в котором они не принимали никакого участия, и теперь они пребывали не на небесах, а на Горе Олимп. Человек не считался обладающим бессмертной душой: умершие, находящиеся в Гадесе, все равно, были ли они добродетельны, или грешны, имели форму теней, жалких отражений самих себя при жизни.

Существует предположение, что в 500 г. до н.э. не похожая ни на какую форма космической религии стала интернациональным феноменом, придя и в Греческий мир. Источником этой религии, в которой говорилось, что судьба человека зависит от трансцендентной силы небес, была Персия, хотя первоначальным источником могла являться Ведическая Индия. Происхождение религии Персии приписывается Зороастру, она стала официальной религией во время правления Ахеменидов, Ахура Мазда («Великий Бог») почитался, как Творец, пребывающий на небесах и лишенный всех человеческих несовершенств. Считалось, что человек обладает бессмертной душой, находящейся в смертном теле, со смертью которого душа освобождается, чтобы занять свое место на небесах. Второстепенное Персидское божество, Митра, вследствие неизвестного процесса, стал центром мистической религии, распространившейся в Римском мире, он обещал своим последователям освобождение их душ и единение с Высшим Богом.

Ахура Мазда, главное божество религии Персов. Личная, духовная религия Персии оказала большое влияние на греческих мыслителей, подготовив их ум к восприятию астрологии.

Вне сомнений, в четвертом веке до н.э. Греческие философы хорошо знали об этом выдающемся новом течении Восточной мысли. Последователи Пифагора свидетельствуют, что он был личным учеником Зороастра в Вавилоне; есть сведения, что Евдоксус, великий математик, поддерживал учение Зороастра; считается, что доктрина Гераклита о том, что огонь — это элемент, содержащийся в самом сердце природы, заимствована из Персидской религии. Возможно, самым наглядным показателем того, что Греки приняли эти идеи, является отождествление ими своих божеств с Персидскими: во втором веке до н.э. в Малой Азии Зевс был почитаем, как «Ормузд», а Аполлон, как Митра. Более значительной для будущего астрологии стала «эллинизация» Вавилонских планетарных божеств. Традиционные греческие имена были просто описательными: Венера была «утренней звездой», Марс был «огненной звездой» и так далее. Планеты не играли значительной роли ни в религии, ни в науке, а философ Демокрит даже сказал, что не знает, сколько всего существует планет. Около 400 г. до н.э., в эру Платона, Греки переименовали пять планет в звезды: Зевс, Кронос, Арес, Афродита и Гермес, что соответствовало Вавилонским божествам Мардуку, Нинибу, Нергалу, Иштар и Набу. В Латинском эквиваленте Греческие названия стали звучать, как Юпитер, Сатурн, Марс, Венера и Меркурий. Отождествление планет с личностями божеств, способными влиять на человеческую судьбу, подобно открытию Зодиакальных созвездий и делению окружности на 360 градусов, является неоспоримым свидетельством Вавилонского влияния.

Этот новый, более зрелый и духовный подход к религии и космосу был сформулирован никем иным, как Платоном в четвертом веке до н.э. Тенденция Платоновской мысли в целом заключалась в поиске скрытых, идеальных, трансцендентных архетипов, которые, как он считал, стоят за миром природы и руководят им. Само слово, которым Платон и его сподвижники называли Вселенную — «Космос», означает упорядоченную и гармоничную структуру. Человек мог воспринимать этот порядок и играть в нем свою роль, поскольку был наделен бессмертной душой, являющейся частью этого порядка. В самой своей обширной работе, посвященной науке о природе, «Тимее», Платон говорит, что Вселенная была создана рациональной силой, которую он называл «Демиургом» — Творцом. Этот Творец сделал человеческую душу из того же материала, что и звезды, поэтому каждая человеческая душа возникала на звезде, а затем облекалась в человеческую плоть. Звезды были божественными живыми существами, человеку предназначалось вновь вернуться на свое место среди них. Далее Платон рассуждает о том, что части Космоса настолько взаимосвязаны, что мы должны воспринимать Вселенную в качестве единого живого духа, Мировой Души. Эти выдающиеся теории о космических взаимосвязях не напоминали ничего из до сих пор известного в Греции, однако в них содержались основные положения, сходные с таковыми же восточных религий, принесенных в Грецию из Персии. Эти взгляды оказывали влияние на существо споров о человеке и Космосе между язычниками и Христианами, учеными и мистиками на протяжении почти 2000 лет. В «Тимее» есть отрывок, показывающий, что Платон был знаком с началами астрологии, где он рассуждает о движениях звезд и планет, как о «танце богов». Также он говорит о том, что их периодические соединения и противостояния «вызывали страх и беспокойство о предполагаемом будущем у того, кто был не в состоянии вычислить их движения». Это говорит о том, что существовала группа людей — астрологов, способных рассчитать эти движения и предсказать результаты.

Аристотель, который не был согласен с другими высказываниями Платона о мире, также считал, что звезды и планеты — это божественные существа, чье вечное, регулярное движение объяснимо только с точки зрения наличия у них воли и разума. В физике, преподаваемой Аристотелем, была теория, оказавшая глубокое и длительное влияние на астрологию. Он сформулировал доктрину о том, что движение является первопричиной изменений; в своей работе «О Возникновении и Распаде» он утверждал, что два великих аспекта изменения земных вещей, возникновение и распад, связаны с Солнцем, в частности, с поступательным и возвратным движением Солнца по эклиптике. Существование всех элементов, из которых состоит Земной мир, подчинено этому движению, Аристотель говорил, что четыре элемента принадлежат небесам, как инструменты — работнику. Эта теория содержала много неясного, возникал вопрос: почему все возникновение и распад не происходят за годичный цикл? Тем не менее, авторитет Аристотеля обеспечил этой теории широкую известность, она повсюду обсуждалась, найдя сторонников среди тех философов, которые желали найти связь между естественными процессами, происходящими на Земле, с теми, что имели место на Небесах.

Один из аспектов Греческой философии подготовил мышление греков к восприятию доктрин астрологии. Из многочисленных литературных и философских работ мы знаем о существовании культа «Тихе» — судьбы, или удачи, а также о том, что греки были убеждены в том, что человечество и история находятся во власти слепого случая, непредсказуемо и неотвратимо дающего или отнимающего жизнь и удачу. Случай рассматривался в качестве более реальной и вездесущей силы, чем даже боги, вероятно, культ Тихе подрывал саму веру в богов. Римский поэт Луциан выразил это так:

«Нет никаких богов; сказать, что правит Юпитер — ложь,
Один лишь Случай слепой приводит в движение года».

Греческие мыслители прилагали огромные усилия к тому, чтобы обратить врага философии — случай, в ее союзника. Самой многообещающей была стратегия восприятия не случая, а судьбы, построения картины событий человеческой истории в виде упорядоченного, направленного к цели, потока. Философская школа Стоиков считала рок, или судьбу, имеющей божественную причину. С этой точки зрения все, что происходило, как в космической, так и в человеческой жизни, представляло собой часть единого процесса. Таким образом, задача философа заключалась в обучении принятию этого процесса, что позволяло избегнуть боли и напрасных усилий, результатов сопротивления року. Идеалом Стоиков являлась «апатэя», не «апатия» в современном понимании, а свобода от страданий. В Греко-Римском мире философия Стоиков стала одной из ведущих интеллектуальных сил, восприятие судьбы в качестве объективной реальности, наполняющей мир природы и человека, побудило сторонников этой идеи принять аргументы астрологов. Посейдониус, в первом веке до н.э. преподававший на Родосе, был одним из ведущих мыслителей, распространявшим идеи Греческого Стоицизма в Римском мире; его влияние признавали, среди прочих, Цицерон и Сенека. Посейдониус верил в то, что природа показывает знамения будущих событий тем, кто может читать их.

Теперь мы можем сплести воедино эти интеллектуальные нити. Сначала уже сложившаяся форма астрологии была принесена из Вавилона. Центральное место в ней занимали математические расчеты движения небесных тел, наряду с этим присутствовала вера в то, что происходящее на небесах каким-то образом предвещает то, что произойдет на Земле. Во-вторых, наиболее возвышенная и духовная философия была почерпнута из восточных источников, где человеческая душа считалась связанной с трансцендентными силами, принадлежащими небесам. Эти идеи высказывались ведущими мыслителями Греческого мира, Платоном и Аристотелем. В-третьих, философская школа Стоиков придерживалась мнения о том, что природные и исторические процессы не были продуктами слепого случая, наоборот, здесь действовала божественная закономерность, определяющая человеческую судьбу, которую человек должен был научиться принимать. Все эти интеллектуальные течения, каждое по-своему, служили мощными стимулами к изучению неба, с целью выявления связи между человеком и звездами. Если существовала божественная воля, определяющая судьбу человека и Вселенной, то, каким образом возможно было прочитать письмена неба? Существовал ли код, научный язык, который помог бы раскрыть эту тайну? Все это дало стимул развитию астрологии в Греческом мире. Повсеместно использовался язык, который в наши дни показался бы мистическим и чрезмерно претенциозным, но, в условиях своего времени, он был рациональным и научным. Была сделана попытка раскрытия значения бытия, ухода от интеллектуальной неточности и объяснения того, что считалось роком. На всем протяжении Эллинского и Римского периодов, особенно, последнего, могущество звездной религии служило опорой развивающейся астрологии.

«Кабинетъ» — История астрономии. Все права на тексты книг принадлежат их авторам!
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку